в

Ядерщик рассказал про «грязную бомбу»: убивает, в основном, гражданских

МАГАТЭ снова едет на Украину. Миссия международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) отправится на Ровенскую, Хмельницкую и Южно-Украинскую АЭС, а также в Чернобыль. С просьбой проинспектировать эти объекты обратился Киев. Ранее эксперты МАГАТЭ посетили три объекта на Украине, где, по подозрениям Москвы, могла создаваться «грязная бомба». Они не обнаружили там признаков ее подготовки. Постпред РФ при международных организациях в Вене Михаил Ульянов назвал эти выводы «поверхностными».

Ядерщик рассказал про «грязную бомбу»: убивает, в основном, гражданских

По его словам, было всего два инспектора, и проверки длились несколько часов. «Я надеюсь, никто не ожидал, что «грязная бомба» будет ожидать инспекторов на центральной площади обогатительного комбината», — заявил Ульянов. Ранее оценку выводов МАГАТЭ дал представитель российской делегации при ООН Александр Шевченко. Он отметил, что у Киева имеются необходимые производственная база и научный потенциал для создания «грязной бомбы», и «проинспектированными объектами они не ограничиваются». Напомним, что представители Минобороны РФ назвали три объекта на Украине, где, по их мнению, могла создаваться «грязная бомба». Речь идет о киевском Институте ядерных исследований, Восточном горно-обогатительном комбинате в городе Желтые Воды Днепропетровской области и производственном объединении «Южный машиностроительный завод» в Днепропетровске. Военные также отмечали, что в незаконной деятельности с ядерными материалами может быть задействован еще целый ряд украинских организаций — Южно-Украинская, Хмельницкая и Ровненская действующие атомные электростанции, остановленная Чернобыльская АЭС, предприятие по переработке радиоактивных отходов «Вектор» и Харьковский физико-технический институт. Ранее президент РФ Владимир Путин описал схему возможной провокации. По его словам, украинские специалисты могут загрузить в ракету «Точка-У» отработанное ядерное топливо и подорвать ее, свалив вину на Россию.

О проблеме украинской «грязной бомбы» мы поговорили с физиком-атомщиком, экспертом Российского социально-экологического союза Андреем Ожаровским.

— Генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси сообщил, что эксперты агентства по итогам изучения трех объектов не обнаружили на Украине никаких следов противозаконного использования ядерных материалов. Однако российская сторона настаивает на более тщательном расследовании… 

— Ваш текст не совсем корректен. Российская сторона ни на чем не настаивает. Да, было заявление в публичном поле, но МАГАТЭ — организация процессуальная. Требуется направление официального запроса. РФ в МАГАТЭ ничего не сообщала, во всяком случае, на сайте МАГАТЭ нет никаких свидетельств того, что Россия туда обращалась. Как вообще произошла эта инспекция? Министр обороны РФ Сергей Шойгу позвонил своим коллегам из Турции, Франции, Великобритании и США и рассказал им о своих подозрениях, что Киев готовит провокацию с «грязной бомбой». Все это вышло в публичную плоскость, и я ждал, что от России последует заявление в МАГАТЭ, что МИД РФ отправит соответствующую ноту. Нужно, чтобы все это было где-то зафиксировано в письменном виде. Потому что серьезная организация не должна реагировать на публикации в СМИ. Она работает с документами. Но ничего не произошло, однако инспекция МАГАТЭ произошла. Почему? Потому что Украина письменно, в соответствии с действующим порядком, обратилась в МАГАТЭ с заявлением, что она готова предоставить доступ инспекторам на объекты, о которых шла речь в заявлениях российской стороны. В ответ на официальное обращение Украины МАГАТЭ и направило инспекторов.

— Киев не стал бы их приглашать, если бы не замел все следы. У них были реальные возможности обнаружить подготовку «грязной бомбы»?

— Еще одна важная вещь. Нет такого вида вооружений, который бы назывался «грязная бомба». Понимают под этим совершенно разные вещи. В одном случае имеют в виду обычное ядерное оружие, которое настроено таким образом, чтобы усилить один из поражающих факторов, а именно — радиоактивное загрязнение окружающей среды. Часто такое устройство называют «кобальтовой бомбой», потому что там добавляют обкладки из кобальта, чтобы после взрыва было больше выпадения радиоактивных веществ. После взрыва обычной ядерной бомбы радиоактивное загрязнение достаточно краткосрочное. В Хиросиме и Нагасаки люди живут. А вот когда взрывается реактор, как в Чернобыле, то там в окружающую среду выходят десятки тонн радиоактивных веществ. Поэтому в Чернобыле люди до сих пор не живут.

Второй вид устройства, которое часто называют «грязной бомбой», это радиологическое оружие. Там нет никакого ядерного взрывного устройства, используется обычная взрывчатка. Грубо говоря, это граната в ведре с радиоактивными отходами. Граната взрывается, радиоактивные вещества разбрасываются по какой-то площади. И получается радиоактивное загрязнение. Как после Чернобыля. Радиоактивные вещества попадают в окружающую среду и загрязняют ее, делают невозможным сельское хозяйство на какой-то территории. В СМИ оба типа устройства называются «грязными бомбами». Поэтому если говорить о «грязной бомбе», то надо иметь ее точное определение. А его пока нет.

— Чаще всего говорят именно о втором варианте — контейнер с ядерными отходами, куда закладывается взрывное устройство.

— В такой терминологии каждая радиационная авария может рассматриваться, как срабатывание «грязной бомбы». Та же Чернобыльская авария. Если мы говорим о радиологическом оружии (а такой термин, в отличие от термина «грязная бомба», существует), то его военная эффективность минимальна. По одной простой причине: даже высокая концентрация радиоактивных веществ не приводит к мгновенной смерти условных солдат противника, по которым применено радиологическое оружие. Если человек просто находится на радиоактивно загрязненной местности, то последствия наступают не сразу. Поэтому для генералов радиологическое оружие представляет небольшой интерес. Оно не может изменить ситуацию на поле боя, поскольку существуют примитивные средства защиты: противогазы, маски типа «Лепесток» и костюмы химической защиты, которые препятствуют поступлению радионуклидов внутрь организма человека. Если применен такой распылитель радиоактивных материалов, то армия использует имеющиеся у нее штатные средства, которые известны еще с 50-х годов, когда мы готовились к широкомасштабной ядерной войне с США. Это ухудшает ситуацию на поле боя, но это не является смертельным убивающим оружием. Любое гипотетическое применение той или другой стороной  радиологического оружия путем распыления радиоактивных веществ в воздухе будет очень похоже на то, что было в 1986 году в Чернобыле. Какую-то территорию можно сделать непригодной для сельского хозяйства и для постоянного проживания людей. В Чернобыльской зоне до сих пор жить нельзя, потому что за год человек наберет слишком большую дозу, но краткосрочное пребывание там вполне возможно. Там работают научные учреждения, там даже российские военные зачем-то окопы копали. Вот это и есть приговор радиологическому оружию. Можно находиться на загрязненной территории без существенного вреда для здоровья.

— Что вы можете сказать о тех объектах, которые обследовала МАГАТЭ?             

— Завод Южмаш не имеет вообще никакого отношения к работе с радиоактивными веществами, это ракетное предприятие. Но у нас очень часто генералы под словами «ядерное оружие» понимают не только само оружие, но и средства его доставки. На Южмаше нет радиоактивных веществ, непонятно, что МАГАТЭ там искало.

Горно-обогатительный комбинат в Желтых Водах — это место, где добывают урановую руду. В РФ таких мест полно, я недавно был на Эльконском месторождении в Якутии. Там примерно миллион тонн пробной добычи, урановой щебенки лежит под открытым небом в тайге. Там обычно охотники палатки устанавливают, это ровное место на довольно крутом склоне. Я к тому, что эти вещества, безусловно, опасны, но никакого военного смысла в применении рудных материалов, мне кажется, нет.

— Что же в таком случае МАГАТЭ там могло проверить?

— Нет ли там чего-то другого, кроме естественного урана, который содержится в руде. Я не видел самого отчета МАГАТЭ. Было только заявление, что они провели обследование. Я жду официального отчета по этим трем объектам. В нем они должны рассказать, что они там делали, какие приборы использовали, что и как замеряли. Из публикации на сайте видно, что была проведена в том числе и работа с документами, чтобы понять, должным ли образом там обращаются с радиоактивными веществами. Соответствует ли количество добытого уранового сырья количеству принятого на баланс. Но они не просто ходили по предприятию и смотрели. Они провели отбор проб. Я предполагаю, что это могли быть пробы воздуха, воды и почвы. Это очень важно, потому что если ведется какая-то неафишируемая деятельность, то обычно бывают утечки радионуклидов. И тогда по объектам природной среды можно понять, не ведутся ли на этом горно-обогатительном комбинате работы с радиоактивными отходами реакторного происхождения.

А научное учреждение — оно и есть научное учреждение. В Москве есть Курчатовский институт, если походить вокруг и отобрать пробы, всем станет ясно, что именно там нарабатывался в свое время плутоний. Так что отбор проб имеет большой смысл. Ждем более детальных результатов.

— Можно ли доверять заключению МАГАТЭ?

— Я склонен доверять ему по нескольким причинам. Во-первых, другой международной организации по контролю за использованием мирного атома нет. Если не доверять МАГАТЭ, то кому доверять? Во-вторых, недоверия к МАГАТЭ не было в заявлении представителя российского МИДа. Официальная позиция РФ, скорее всего, такая: да, МАГАТЭ сделало свою работу, ничего не нашло, пусть проверяет дальше. Это очень хорошая позиция. Любая страна, у которой есть атомная энергетика, должна быть объектом проверок, чтобы не было пропажи радиоактивных веществ, чтобы никто даже не подумал использовать радиоактивные отходы для создания каких-то «грязных бомб».

— Допустим, кто-то делает эту «грязную бомбу». Какие объективные данные позволят установить, что ведется такая работа?

— Если грязная бомба — это ведро с радиоактивными отходами и граната, то ее не надо изготавливать. Надо просто набрать ведро таких отходов и положить туда взрывчатку. Поэтому и надо четко представлять, идет речь о первом или втором типе бомбы. Первое, на что следует обратить внимание — это нахождение радионуклидов в объектах окружающей среды в концентрациях, которые превышают типичные для данной местности. Вокруг предприятия по добыче урана концентрация природных изотопов урана может быть повышена, поэтому необходим анализ проб. Второе – это проверка того, как учитываются ядерные материалы. Количество добытой урановой руды отражено в отчетах. Если это реактор, то понятен режим его работы, понятен объем произведенных радиоактивных отходов. Можно проверить, адекватно ли ведется учет, находятся ли все радиоактивные отходы, которые произвел реактор, в хранилищах, не ушли ли они куда-то на сторону.

— Тогда надо проверять все оставшиеся на Украине атомные станции.         

— Конечно, надо проверять, это и происходит. Любой реактор находится под гарантиями МАГАТЭ. Это гарантии того, что не происходит несанкционированное военное использование ядерных материалов. Что никто не ворует радиоактивные отходы, из которых можно извлечь плутоний уже не для грязной, а для классической ядерной бомбы. Все реакторы Украины находятся под гарантиями МАГАТЭ. Они регулярно посещаются инспекторами. Поэтому если обвинения со стороны РФ серьезны, то мы ждем документа, в котором будут приведены даже не обязательно факты, хватит и подозрений, потому что никто не обязан раскрывать данные разведки. Если у тебя есть подозрения, что сосед варит на кухне в ведре динамит, то сначала надо позвонить в милицию, а потом уже писать заявление. А то получается, что в милицию позвонили, милиция приехала, проверила ту самую кухню, на которую указали, а тот, кто в милицию звонил, даже заявления не оставил.

— Но ведь сам Зеленский заявлял о желании Украины обладать ядерным оружием, это и вызвало соответствующую реакцию. То есть сосед сам признался, что варит динамит.  

— Если какая-то страна заявляет о том, что хочет создать ядерное оружие, и эта страна присоединилась к договору о нераспространении ядерного оружия, который прямо запрещает это делать, то к ней должны быть применены санкции Международного агентства по атомной энергии. Иран ничего не заявлял, но понастроил центрифуг, которые мировому сообществу показались избыточными для их мирной атомной программы. Было подозрение, что они их строят для того, чтобы создать ядерное взрывное устройство на основе высокообогащенного урана. Был формальный протест МАГАТЭ, в котором говорилось о подозрениях, что Иран готовится к созданию ядерного оружия. И МАГАТЭ настояло на инспекциях. Такой алгоритм действий должен быть в том случае, если есть подозрения, что кто-то создает ядерное оружие. Заявление, инспекции и работа МАГАТЭ со страной, которая подозревается в нарушении. Если доказательства найдены, то вводятся санкции. И второе — любое из устройств, которые называются «грязной бомбой», запрещены к использованию. Или договором о нераспространении ядерного оружия, или Конвенцией о запрещении воздействия на природную среду с военными целями. То есть специально загрязнять окружающую среду радиоактивными веществами тоже запрещено.

— Почему мировое сообщество никак не отреагировало на заявления турецкого лидера Эрдогана о его желании обладать ядерной бомбой? Эксперты предполагали, что он может этого достичь при помощи Украины.

— Я могу напомнить, что не Украина, а государственная корпорация «Росатом» сейчас строит в Турции АЭС «Аккую». Это будет российская атомная станция. Сотрудничество РФ и Турции в сфере атомной энергетики я вижу. Атомная электростанция может давать сырье для создания ядерных взрывных устройств. Это, конечно, не означает, что РФ подарит Эрдогану бомбу. Но мне кажется, что это создает условия в Турции для реализации планов Эрдогана, если они у него есть. Теоретически у него появляется возможность построить завод по извлечению плутония из отработавшего ядерного топлива и попытаться создать бомбу. Если у Эрдогана было заявление о том, что Турция хочет стать обладательницей ядерного оружия, то это как раз то, о чем мы с вами говорим. Турция является участницей договора о нераспространении ядерного оружия. Как только Турция объявит, что она выходит из этого договора, международное сообщество начнет думать о том, какие санкции можно ввести в отношении нее. Во-вторых, там тут же будет остановлено строительство российской АЭС. Но политики могут говорить всякую ерунду, реагировать на каждое их заявление не стоит. В случае Северной Кореи отреагировали на документ, в котором было заявлено о намерении выйти из договора о нераспространении.

— Если гипотетически на Украине будет применена «грязная бомба», насколько может быть велика площадь поражения?

— Все зависит от того, сколько радионуклидов попадет в окружающую среду. Если это всего лишь ведро с радиоактивными отходами, то загрязнение ограничится несколькими метрами. Если это контейнер – то несколькими десятками метров. То есть масштабы последствий зависят от размеров этого ведра или контейнера. Если это, не дай бог, работающий реактор, режим работы которого будет тем или иным способом нарушен, например, в результате обстрела, последствия могут быть достаточно серьезными, сравнимыми с Чернобылем.

— Сегодня о ядерном оружии и возможности его применения все чаще говорят, как о чем-то обыденном. Якобы если его применить в ограниченном масштабе, то ничего особо страшного не произойдет, апокалипсис не наступит. В общественное сознание исподволь внедряется тезис о допустимости использования ядерного оружия. На авансцену вышло «непуганое» поколение, у которого нет страха перед ядерной бомбой, который был у их предшественников. Насколько это опасно?

— Я согласен, что разговоры о возможности применения ядерного оружия крайне опасны. Но главная причина не в том, что какие-то неправильные политики у власти в той или иной стране, хотя это одна из причин. Главная причина — сам факт существования ядерного оружия. Это очень дорогая вещь. Это не какой-то древний нож, который один раз наточили, и он висит на стене, готовый к применению. Требуется огромная дорогостоящая атомная промышленность, которая поддерживает в работоспособном состоянии эти устройства. Их надо регулярно обновлять. И здесь работает фактор того самого ружья на стене, о котором писал Чехов. Экс-премьер Британии Лиз Трасс во время своего недолгого пребывания в этой должности вдруг заявила о своей готовности применить ядерное оружие. Она так и сказала: если у Великобритании есть этот вид вооружений, то его можно применить. Действительно, сами разговоры о возможности использования этого, с моей точки зрения, варварского вооружения, которое надо срочно запрещать, подталкивают весь мир к опасной черте. Меня очень беспокоят высказывания некоторых военных, которые публично говорят (правда, в основном на ток-шоу), что тактическое ядерное оружие может быть применено в случае какой-то неблагоприятной ситуации на поле боя. Я не знаю, какой будет реакция мирового сообщества, если одна страна применит ядерное оружие против другой.

Например, есть конфликт Северной и Южной Кореи. У Северной Кореи есть ядерное оружие. Что будет, если она его применит против Южной? Варварство этого оружия в том, что оно убивает по большей части гражданских. Например, в Хиросиме и Нагасаки счет был 1:10000. То есть на одного убитого японского военного приходилось 10 тысяч убитых гражданских. Мне неизвестна степень адекватности людей, отвечающих за применение ядерного оружия в той или другой стране. Но не дай бог, кто-то зажжет эту спичку. У меня ощущение, что это станет дорогой в один конец. Даже если это оружие применит только одна страна, например, Северная Корея, ответ может быть ужасный.

— Между тем ведь во времена СССР были попытки ограниченного использования ядерного оружия в хозяйственных целях. Вам что-то об этом известно?  

— Да, так называемые мирные ядерные взрывы. На территории Донецкой области, недалеко от Енакиево, есть довольно странный объект — бывшая угольная шахта «Юнком», в которой в советское время был произведен мирный ядерный взрыв (город Юнокоммунаровск. — М.П.). На шахте «Юный Коммунар» часто происходили аварии из-за выбросов газа. С этим решили бороться с помощью подрыва небольшого ядерного заряда, встряхнуть угольные слои, чтобы из них вышел метан. Но что-то пошло не так, и образовалось подземное радиоактивное загрязнение (полость, в которой до сих пор идет ядерная реакция. — М.П.). Шахта давно не работает, но необходимо постоянно откачивать из нее воду, чтобы она не размывала находящиеся там радиоактивные вещества. А это расходы. Вот такой объект — это не грязная бомба. Это просто неудачно проведенный СССР ядерный мирный взрыв.

— Какие последствия были после таких мирных ядерных взрывов?

— Это зависело от того, насколько они были удачными. Мирные ядерные взрывы планировали использовать при реализации проекта переброски воды сибирских рек. В 1971 году в рамках этого было произведено три взрыва. Также они использовались для улучшения условий для добычи полезных ископаемых. Рядом с Кировском в Хибинских горах в 1972 году был произведен взрыв на рудниках комбината «Апатит». Там тоже что-то пошло не так, и перестали разрабатывать эти месторождения. Но наибольшее количество таких взрывов было произведено для зондирования земли с целью поиска полезных ископаемых. Закладывался небольшой заряд на определенную глубину, и все геологические службы страны слушали, когда придет эхо, и пытались определить места залегания полезных ископаемых. Своего рода эхолокация. И таких взрывов были десятки. Скорее всего, их цель была двоякая. Не столько достичь чего-то в сельском хозяйстве, сколько оправдать испытания ядерного оружия.

— На месте этих взрывов сегодня радиоактивное загрязнение большое?

— Не всегда. Если ядерное взрывное устройство невелико по объему (в случае бомбы, начиненной ураном, это порядка 50 кг, если это бомба, начиненная плутонием — 5 кг) и не имеет специальных кобальтовых обкладок, то само количество радиоактивных элементов небольшое. Взрывается 5 кг, облучается вокруг еще 10. Если все проходит штатно и чисто, то радиоактивное загрязнение, как ни странно, при взрыве такого обычного взрывного устройства достаточно небольшое. Именно поэтому в Хиросиме и Нагасаки люди могут жить. Загрязнение там незначительное. А вот если что-то пошло не так… Я еще вспомнил про объект «Вега» в Астраханской области, там при помощи ядерных взрывов в песчаной почве делали газовые хранилища. Идея простая: высокая температура, песок — это почти стекло, и образуются такие остеклованные подземные полости. Но в одном случае что-то пошло не так. На балансе «Газпрома» числилось «подземное хранилище радиоактивных отходов» — одна из таких полостей, в которую нельзя было закачивать газ, потому что он стал бы радиоактивным. В Кировске над местом взрыва зафиксирована повышенная радиация. Что там внутри, в земле, как все это будет развиваться — это серьезный вопрос. Главное, что не мы здесь главные идиоты. В США тоже пытались производить мирные ядерные взрывы примерно в тех же самых целях, и по тем же причинам от этого отказались. Радиационные риски очень велики. Я бы крайне не советовал применять ядерное оружие для перемещения больших объемов грунта.

— Ведь именно США уделяли большое внимание разработкам тактического ядерного оружия — небольших по объему ядерных взрывных устройств? Там даже проводили военные учения с подрывом реальных ядерных боеприпасов.

— На самом деле видов ядерного оружия придумано много, и атомная промышленность и СССР, и США годами кормилась за счет этого. Придумывали и нужные, и ненужные вещи. Если говорить о плутониевой бомбе, то масса маломощного заряда может исчисляться килограммами. Если брать другие вещества, например, калифорний, то там критическая масса исчисляется граммами. Можно добиться создания малых и сверхмалых ядерных зарядов. (В СССР велись разработки «атомных пуль» на основе калифорния. Существуют артиллерийские ядерные снаряды малой мощности, подобные снаряды даже стояли на вооружении советской армии. — М.П.).

— Насколько осуществим сценарий ядерной провокации Украины с последующим обвинением РФ?

— Для этого Украине надо где-то добыть плутоний, добыть макет российской ракеты, все это совместить в одном месте и взорвать. И потом обвинить РФ в том, что это она пустила ракету с плутониевой боеголовкой на Украину. Смотрите, что здесь не срастается. Плутоний добыть не так просто. Это крайне дорогое и тяжелое в получении вещество. Непонятно, где и как Украина сможет его достать. Можно предположить, что там сидят и всем заправляют не украинцы, а карикатурные персонажи из фильма про Джеймса Бонда, вроде Доктора Зло. Если у Доктора Зло есть плутоний, то почему бы ему не сделать обычную, а не «грязную» ядерную бомбу? Зачем ему распылять эти радиоактивные вещества? Это первый аргумент. Второй. Если Украина добудет этот плутоний, то по его изотопному составу будет легко определить, российский он или нет. Предположим, что такая провокация была бы реализована. Понятно, что это стало бы предметом исследований и МАГАТЭ, и других независимых экспертов. МАГАТЭ сделало бы то, что они сделали сейчас: отобрали бы пробы, и по изотопному составу смогли бы определить страну, где было произведено это вещество. Это как отпечатки пальцев. На комбинате «Маяк» будет один изотопный состав, на Хэнфордском комплексе в США другой. Поэтому, мне кажется, такая провокация смысла не имеет.

Источник: www.mk.ru

Присоединяйтесь к нам в Google News, чтобы быть в курсе последних новостей
Love
Haha
Wow
Sad
Angry
Вы отреагировали на "Ядерщик рассказал про «грязную бомбу»: убивает,..." Только что