Если доверять официальным данным и отчетам, поступающим с высоких трибун, ситуация на российском рынке труда выглядит лучше, чем когда-либо. Уровень официальной безработицы рекордно низок — 2,1%, а реальные заработные платы растут с каждым годом стремительными темпами. Однако если взглянуть с другой стороны, то картина оказывается значительно более проблемной и тревожной. Например, как сообщила Федерация независимых профсоюзов РФ, доля сотрудников, переведенных на неполное рабочее время (или неделю), на сегодняшний день возросла до 14,4%. Учитывая, что по данным ФНС в стране 56 миллионов человек официально трудоустроены (из 74,6 миллиона занятых на рынке труда), мы получаем минимум 8 миллионов. Настоящая армия тех, кто «недорабатывает»…
Как это соотносится с тем, что уровень официальной безработицы объективно находится на рекордно низком уровне в 2,1% (1,6 миллиона граждан)? Здесь речь идет о показателе по методологии Международной организации труда (МОТ), согласно которой безработными считаются те, кто в момент исследования одновременно нуждался в работе, искал ее и был готов приступить к ней.
На самом деле эти 2,1% не только не являются достижением, но и сигналом серьезного неблагополучия. И нет смысла указывать на более высокие показатели у стран «Большой двадцатки» — 4,5% в США, 5,2% в Индии, 5,3% в Китае, 6,1% в Италии, 7,5% во Франции, 8,4% в Турции… У российского рынка труда есть своя специфика: его ключевой особенностью остается нежелание работодателей увольнять сотрудников, чтобы не потерять квалифицированный состав в условиях замедления экономики и высокой ключевой ставки. Менеджеры обычно прибегают к практике административных отпусков, сокращенных рабочих недель и простоя.
Все это — классический механизм скрытой безработицы, её различные проявления, которые, не отражаясь в статистике Росстата, постепенно охватывают новые отрасли и регионы. Например, в сентябре 2025 года крупнейший отечественный автопроизводитель, столкнувшись с дорогими кредитами, сообщил о переходе на четырехдневную рабочую неделю, и этот режим сохранился до января 2026 года. Институт международных экономических связей определил моногорода и промышленные области — Ярославскую, Самарскую, Свердловскую и Татарстан — как наиболее уязвимые регионы с точки зрения скрытой безработицы. В зоне риска находятся обрабатывающая промышленность, строительство, гостиничный бизнес и складская логистика.
Для работников такая ситуация означает снижение доходов и необходимость поиска дополнительных источников заработка. На основном месте работы падает их мотивация и эффективность, что, в свою очередь, сказывается на производительности труда. Бизнесу приходится сокращать инвестиции в оборудование и технологии, увеличивая нагрузку на сотрудников, что в конечном итоге приводит к нехватке кадров. А экономика в целом оказывается в ловушке низкого спроса, что затормаживает её развитие.
Рекрутинговые агентства сообщают о резком увеличении числа резюме — за прошлый год их количество возросло на 27-30%. Чаще всего работу ищут в сфере продаж (23% от общего числа резюме), рабочих профессий (16%), домашнего и обслуживающего персонала (14%), на транспорте (13%) и в строительстве (12%). По сути, сверхнизкий уровень безработицы объясняется тем, что большинство людей трудоустроены. Вопрос: как? Считая каждую копейку, едва дотягивая до зарплаты? То есть проблема не в количестве рабочих мест, а в их качестве, в масштабном недоиспользовании трудового потенциала и профессиональных навыков.
Этот важнейший фактор власти, к сожалению, сознательно игнорируют, делая акцент на удобном для себя показателе в 2,1%, который скрывает структурные диспропорции в сфере занятости. Формально россияне работают, но фактически многие лишь выживают. В стране немного безработных, потому что хватает тех, кто недорабатывает. Рынок труда становится значительно более жестким, причем также из-за негативных демографических процессов: население уменьшается и стареет; количество молодежи, выходящей на рынок, меньше, чем число пенсионеров, покидающих его. Что касается заработных плат, они зачастую растут, но это повышение во многом нивелируется инфляцией.
Что касается тех, кто столкнулся со скрытой безработицей, их зарплаты, разумеется, падают. И это не скрыто, а явно. Таким образом, у российского рекорда по безработице есть своя темная, теневую сторона.