в

«Трудно привыкнуть, когда тебя называют спасителем»: как восстанавливают Донецк

Как после операции всякому пациенту требуется реабилитация, так и освобожденные территории нуждаются в длительном восстановлении. Корреспондент «МК» побывал на месте событий и узнали, как обычные люди разных профессий привыкают к новой жизни и заново отстраивают разрушенные города под обстрелами, рискуя здоровьем и жизнью, во благо общего дела.

«Трудно привыкнуть, когда тебя называют спасителем»: как восстанавливают Донецк

«Не могу оставаться в стороне»

Наталья Коврига родом из Бурятии. Окончила строительный колледж , причем, училась, уже работая по специальности. С юности занимается отделочным строительством – малярное дело, облицовка, остекление, ремонт пола. Сын вырос и фактически пошел по стопам матери – тоже отучился на строителя. Когда началась СВО Наталья поняла, что не может оставаться в стороне от происходящего. У девушки в Москве работали знакомые, пригласили ее в компанию «Мосводосток» на. работу, и 2 апреля 2023 приехала в Мариуполь, а затем, 7 июня того же года – в Донецк, где трудится по сей день.

«В основном, занимаемся отделочными работами в школах и детсадах. Особенно горжусь школой ?5 города Донецка: прямо конфетка. Мы ее остеклили, облицевали, постелили новые полы, любо-дорого смотреть. Многие школы и детсады, наконец-то, возобновили работу: но только в первую смену, до полудня, и не во всех районах. Например, в Ленинском, который обстреливают реже, родители водят в школу ребятишек, а в Кировском или Куйбышевском – предпочитают писать заявление о переводе на дистанционное обучение. Но куда это годится? Детям нужна социализация, общение со сверстниками, хотя бы в первом классе!» — делится Наталья.

Саму ее судьба уберегла от прилетов. «Только слышно издалека звуки обстрелов, ритмичное, гулкое: «Бам! Бам!» Ну, и последствия ликвидируем. А так, тьфу-тьфу, при мне никто не погиб за это время, даже не пострадал». А на каверзный вопрос «Требуются ли навыки промышленного альпинизма?» — с улыбкой отвечает: «Нам – нет. Мы занимаемся «внутрянкой». А «наружа» — сфера компетенции других служб».

С чистого листа

Командировки длятся по месяцу. Перерывы между ними разные: на Новый год, например, был около двух недель. К новому ритму жизни Наталья привыкала постепенно. Осваиваться на новом месте нашей героине и ее напарнице Елене помогали местные жители. Встречают россиян, по словам девушки, радушно и приветливо: те, кому наша страна не по вкусу, давно уехали из Донецка. Среди особенностей города и горожан Наталья отмечает очень старые коммуникации и жилье, а еще… особую религиозность донецкчан.

«Здесь очень много истово верующих. Идут мимо церкви – всегда крестятся, соблюдают посты, привержены православным традициям. Может, особенность края, может, экстремальная ситуация располагает: «На все воля Божия». И вечная тема: «До войны жили лучше». До войны – это до 2014, не 2022, как ошибочно полагают некоторые. В плане безопасности – соглашусь, а вот в остальном… Приезжая сюда, будто переносишься на машине времени лет на тридцать назад. В Советский Союз времен перестройки. Даже ковры на стенах – те же», — иронизирует Наталья.

Строительные работы ведутся при любой погоде в любых ситуациях. Прилеты невозможно предсказать, а до бомбоубежища можно элементарно не добежать, поэтому приходится действительно полагаться на волю случая. Но Наталья бодра духом и полна уверенности в своих силах. Любит работу и отдается ей с увлечением. Следит за порядком в комнате в общежитии: дома у девушек очень уютно, чисто и, насколько это возможно в общем контексте, даже безопасно. А на вопрос, страшно ли ей, Наталья удивляется: любой нормальный человек не хочет добровольно расстаться с жизнью. Но панического ужаса не испытывает: просто, как утверждает сама, делает, что должно и что умеет, а будь, что будет.

«Трудно привыкнуть, когда тебя называют спасителем»: как восстанавливают Донецк

Избежать вырождения нации

Борислав работает охранником в общежитии. Его сын-школьник никогда не был в учебном заведении и никогда не видел мирной жизни. Сейчас ребенку 8 лет, а уже 10 здесь продолжается война – в разных фазах, и никому не понятно, когда это, наконец, закончится.

«Человек привыкает ко всему, особенно, если никогда не видел ничего другого. Мой сын учится онлайн и педагога видит только на экране, и так было всегда. В детский сад тоже не ходил, мы с женой занимались его образованием дома, онлайн консультировались с воспитателями, психологами, логопедами. Ненормальная жизнь, но времена не выбирают», — говорит Борислав.

Сам он – военный пенсионер. Занимается поставками гуманитарной помощи. Бориславу известно не понаслышке, какой порог забора в армию мужчин должен соблюдаться, чтобы избежать полного вырождения нации:

«Не более 10%. Армия – это не только непосредственно военнослужащие, но, по большей части – и технический персонал. Солдат и офицеров надо кормить, обеспечивать им лечение, санитарно-гигиенические процедуры и прочее. Но с учетом того, что Зеленский не соблюдает этих ограничений, и нагнал в ВСУ едва не половину населения: некому строить, все воюют, — дальнейшие перспективы Украины, как по мне, незавидны», — отмечает наш собеседник.

А на вопрос: «Когда это закончится?» — хмурится: видно, тема для него болезненная. Держит паузу, наконец, отвечает уклончиво:

«Я не военный стратег, но, боюсь, не так скоро, как хотелось бы нам всем. А нам хочется. Все устали. И военные, и гражданские. Великая Отечественная длилась четыре года. Мы под обстрелами – десять. Один плюс: сейчас хотя бы понятно, кто враг, в отличие от 2014-2016, к примеру. Маски сброшены, ставки сделаны. А чья возьмет – покажет время», — утверждает Борислав.

Донецк не сразу строился

Работают в течение последних двух лет на новых территориях и сотрудники ЖКХ из Москвы.

— Мы приехали: в городе не было освещения, водоснабжения, простаивали котельные, не ходил транспорт. Сейчас и люди по делам бегают, и машины ездят, и фрукты-овощи на рынках продаются. Здания старые, коммуникации изношены, проблем добавляют непредсказуемые прилеты. И вот 200 человек из Москвы с техникой и собственными материалами прибыли сюда на подмогу и отлично сработались! Все бригады от префектур столицы, в совокупности, выполняют порядка 2000 заявок в месяц по жилым домам и зданиям и 300 – по уличным сетям, — рассказывает Илья Фокин, старший от префектуры Зеленограда.

В команде Фокина – 13 человек: машинист экскаватора, два газоэлектросварщика, два электромонтера, два водителя, шесть слесарей-сантехников. Аварийно-восстановительные бригады работают на городских сетях, в многоквартирных домах, в детских садах и школах, домах культуры и других социальных объектах, проводят земляные, слесарные, сварочные, электромонтажные и плотницкие работы, устраняют аварии, вызванные как последствиями естественного износа, так и артиллерийских обстрелов. Если произошло ЧП и вследствие прилета в домах или зданиях выбило окна, бригады выезжают и оперативно производят работы по закрытию теплового контура путем монтажа фанеры на оконные проёмы. Параллельно в таких местах проходит обследование на предмет повреждения тепловых, водопроводных, канализационных и электрических сетей. Если повреждения обнаружены, проводятся работы по восстановлению. Необходимый инструмент и материалы находятся в машинах. Если авария серьёзная и нужен больший объем материалов, то их можно заказать и получить на специально созданном складе. А еще направляют ежедневные отчеты по целому ряду параметров в префектуру, так что в Москве держат руку на пульсе и могут фактически в режиме онлайн корректировать направление и ход работ.

«Трудно привыкнуть, когда тебя называют спасителем»: как восстанавливают Донецк

Кто кроме нас

Сотрудники коммунальных служб попадали в Донецк разными путями. Зачастую окольными.

— По специальности я – агроном. В Зеленоград приехал вслед за супругой, она местная – и остался. А в Донецк – за товарищами, хоть и не десантники мы, а кто, кроме нас? Когда адаптируешься, понимаешь, что происходит, страх уменьшается. А работа выполняется всегда: при любой погоде и в любой ситуации, — говорит электромонтер Валерий Цыбяков.

— А бывало, что при вас кого-либо убили или ранили? – интересуемся мы.

— Бог миловал, — отвечает слесарь-сантехник, Сергей Сыщиков. – Других проблем хватает. Трубы старые, менять их не было возможности из-за боевых действий. Мужчин забрали на войну. Строить некому. Мы приехали – стали помогать.

Местные жители, в большинстве своем, встречают россиян радушно, видя в них надежду на скорейшее окончание позиционной войны, утомившей всех. Да и остались в Донецке те, кто считает Россию родиной.

— Была у меня такая история, — доверительно сообщает нам машинист экскаватора Сергей Антонов. – Буквально в минувшем январе. Мороз ударил, градусов двадцать пять. Мотор заглох, машина сломалась. Пока ждал ребят с инструментами и запчастями, местные жители выносили кофе, чай, предлагали еду. За работу постоянно благодарят, даже иногда называют «спасителями». Мы, честно говоря, смущены: к такому обращению не привыкли!

Врагу не сдается наш гордый «Варяг»

— Прилеты нереально предсказать, — делится диспетчер Ольга Заскалько. – Нет здесь никаких четких сигналов тревоги. Бомбоубежища есть, но пока до них доберешься, успеешь по дороге погибнуть десять раз. Поэтому – дело случая, везения.

Героические коммунальщики по ситуации подрабатывают саперами. В один из командировочных дней вместе ехали на задание, как вдруг поступило сообщение от одного из сотрудников: по адресу заявки обнаружен боеприпас. В течение нескольких минут подъехали, вызвали экстренные службы. Прибывшие на место саперы констатировали: боеприпас не опасен, но для дополнительной проверки забрали с собой, а нас поблагодарили за бдительность.

— Не всегда так везет, и не все боеприпасы безопасны. Вообще, здесь надо смотреть под ноги и ухо востро держать! – улыбаются ребята.

Ухо востро — это верно! Особенно раньше на фоне постоянных глухих ударов со стороны Авдеевки, ритмичное «бам-бам-бам»… Это – местная ежедневная реальность.

— Исключая тех, у кого родственники живут на Донбассе или защищают рубежи Родины, Москва живет, будто ничего не происходит: ночные клубы, тусовки, бесконечные развлечения. Здесь, в Донецке, все видится иначе. Здесь думается иначе. И жизнь — наполненная эмоциями, настоящая, и цениться начинает она по-настоящему, — утверждает Илья Фокин.

К счастью, и неравнодушных людей хватает: как в числе местных, так и среди москвичей. Чего стоят одни волонтеры и сборщики гуманитарной помощи, охранники общежития, сотрудники других коммунальных служб, всегда готовые поддержать. Мы вообще уезжаем из Донецка на фоне всеобщего ликования: близлежащая Авдеевка, за которую велись ожесточенные бои, перешла под контроль российской армии. Значит, очень скоро начнется восстановление и этого населенного пункта, и других особо пострадавших районов Донецкой Народной Республики. Мы обещаем вернуться. Нас обещают ждать.

Присоединяйтесь к нам в Google News, чтобы быть в курсе последних новостей
Love
Haha
Wow
Sad
Angry
Вы отреагировали на "«Трудно привыкнуть, когда тебя называют спасите..." Только что