в

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

В Рыбинске можно путешествовать во времени. Из века цифровых технологий запросто перенестись в Х век, на место древнего городища, где Шексна впадает в Волгу. Забравшись на сторожевую башню с частоколом, ощутить себя воином боевой дружины. А потом «нырнуть» в XVIII век, оказавшись в «столице бурлаков». Пройтись по купеческим кварталам с аутентичными вывесками с «ъ» на конце, особняками с лепниной. И представить себя галантерейщиком или шляпницей, которые сидят с жестяными кружками у самовара со связкой кренделей.

Рыбинск, который в августе 2021-го отметил свое 950-летие, очень похорошел. Побывав в городе, репортеры «МК» узнали:

— какую роль в шумящих подвесках в древности выполняли утиные лапки;

— зачем бурлаки углем рисовали на пятке крест;

— кто был «сыном полка» в пожарной команде;

— почему знаменитый артист Михаил Щепкин обиделся на купцов;

— кто живет в 30-метровой водонапорной башне;

— какое время жители города считают «золотым».

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

«Можно поклониться вашей Мокуши?»

С верхней площадки сторожевой башни хорошо видно, как река Шексна впадает в Волгу. В IX–X веках здесь, на мысе, появилось большое торгово-ремесленное славянское поселение Усть-Шексна, по сути — мегаполис древнего мира. Городище стояло аккурат на международном торговом пути. Весельные и парусные суда с Каспия шли по Волге, попадая потом в Вытегру, Онегу, Ладогу и далее на Балтику. Население города росло как на дрожжах. В домонгольские времена Усть-Шексна была крупнее Ярославля и Углича.

— Впоследствии это славянское поселение стало заречной Рыбной слободой, а потом Рыбинском. Сохранившаяся площадь древней Усть-Шексны — около 15 гектаров, примерно столько же было смыто водой, — говорит профессор Рыбинского государственного авиационного технического университета Александр Рыкунов, он уже 32 года вместе с женой Ириной возглавляет археологическую экспедицию, которая работает на месте исторического памятника.

Жители Усть-Шексны были достаточно обеспеченными. На раскопках удалось обнаружить много украшений: перстни, бубенчики, сердоликовые и стеклянные бусины, шумящие подвески с утиными лапками для отпугивания злых сил. В ходу у хозяек были металлические котлы и сковородки, что в то время считалось роскошью. Также были найдены игольницы. Швейные иглы тоже были большой редкостью, а потому дорогими. О грамотности населения говорили найденные археологами книжные застежки и писала — палочки с заостренным концом — пращуры карандашей.

В Усть-Шексне шла бойкая торговля. В ходе раскопок было обнаружено немало торговых пломб, которые скрепляли товары, облагаемые княжеской пошлиной, в том числе — с трезубцем Рюриковичей. А также — арабские серебряные монеты — дирхемы, копейки Ивана Грозного и Бориса Годунова.

— Нам удалось найти два клада Х века, в одном монеты были завернуты в мешочек, в другом — находились в лепном горшочке. Но часто в слое мы находили дирхемы по одной. Монета могла выпасть у человека из кармана, он мог обронить ее, когда возвращался домой из питейной избы. На наши деньги — это примерно 5 тысяч рублей. В общей сложности мы нашли около ста дирхем, самая поздняя монета датирована 976 годом.

Одними из самых ценных находок, по словам Александра Рыкунова, были вислые печати, которыми скрепляли государственные документы и грамоты. Они оттискивались чаще всего на свинце, но бывало, что на золоте и серебре, и подвешивались к документам на шнурках. На раскопках в Усть­Шексне были найдены вислые печати, принадлежащие Юрию Долгорукому, а также сыну Ярослава Мудрого — Игорю Ярославовичу.

— Первую из найденных вислых печатей у нас чуть не украли в августе 1997-го. О ней много писали, в том числе и в зарубежной прессе. В Рыбинск тогда с визитом приехал Святейший Патриарх Алексий II, многочисленные представители духовенства. В городе было много гостей из Москвы и Ярославля. Я забежал в музей-заповедник буквально на пять минут, чтобы передохнуть, выпить чаю. Что-то толкнуло меня посмотреть на витрины. И тут увидел, что уникальной вислой печати нет. Сразу нажали тревожную кнопку, музей оцепили милиционеры, двери закрыли. Злоумышленниками оказались муж и жена, военнослужащие из Москвы, он — майор, она — прапорщик. Заказчик дал им десять тысяч долларов в качестве аванса, при передаче печати обещал еще 50. Молодая женщина выпила таблетку, у нее начались конвульсии, смотрительница потащила ее в туалет. А мужчина в это время вынул печать из закрытой витрины. Когда пропажа была обнаружена, они бросили печать в мусорное ведро, которое стояло в милицейской будке. Но их вычислили, задержали. Дело рассматривалось в военной прокуратуре. На суде майор сказал, что его старенькая мама никогда не видела такой печати, он хотел ей ее показать, а потом вернуть на место. Обоим, по-моему, дали условный срок.

Интересных находок, по словам профессора, было очень много. В 2003 году члены экспедиции уже заканчивали работу в раскопе №4, как вдруг обнаружили остатки сторожевой башни, к которой с двух сторон подходил частокол.

— Поняли, что это рубеж XI–XII веков. Решили скинуться деньгами и воссоздать сторожевую башню. Нам стали помогать, кто бревна дал, кто рабочих прислал, кто деньги перевел. Мы повторили все, как было в древние времена, у нас те же размеры бревен, та же высота башни, тот же периметр частокола.

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

Сейчас в многоуровневой сторожевой башне находится интерактивный музей. Здесь можно смотреть, трогать, воображать. Мне бы сесть за древний гончарный круг, но нет, рука тянется к фрагменту кольчуги и шлему с наносником. В броне, покачиваясь, подхожу к узкому оконцу-бойнице. Глядя на Волгу, не могу отделаться от мысли, что в проеме вот-вот появится ладья с многочисленной ратью…

У Усть-Шексне много тайн и загадок. Так, с легкой руки археологов около сторожевой башни появилась деревянная фигура славянской богини Мокоши.

— Когда расчищали место под раскоп, выкорчевывали деревья, на одном из стволов увидели нечто похожее на женское лицо. Срезали дерево сверху, обработали, деревянную фигуру установили на капище. Решили, пусть она будет Мокошью. А о ней вдруг пошла слава. К нам зачастили экстрасенсы, шаманы, уфологи. Помню, приехал как-то представительный мужчина в костюме и галстуке с двумя спутниками из Татарстана. Дал визитку, оказалось, что он работает в музее, является заместителем директора по науке. Спросил: «Можно поклониться вашей Мокуши?» Стал объяснять, что внизу у нас три материковые плиты, некий соляной столб, который аккумулирует космические лучи. Потом встал на колени, начал бить поклоны. Его сопровождающие достали бубны… Через два часа они вышли оттуда просветленные. Тот, что был ученым, говорит: «Можно нам от Мокуши получить для нашей богини какой-нибудь подарок? Мы видим, у вас много керамики, можно нам взять один черепок?» У нас стояли ящики с фрагментами глиняной посуды, погремушек, свистулек, курительных трубок. Говорю ему: «Да берите хоть два. Даром». Он в ответ: «Даром нельзя, наша богиня обидится. Можно я дам по 5 тысяч за каждый черепок?» Говорю: «Можно». Заработал десятку.

Впрочем, в чудодейственные силы богини поверили вскоре и сами археологи. Участники экспедиции заметили, если Мокоши принести в жертву что-нибудь из съестного, хорошая погода на раскопках обеспечена. Вроде бы это и игра. Но около деревянной фигуры теперь стараются оставить кто яблоко, кто конфету.

«Услышал: «Хомутайсь!» — и впрягся в лямку»

Поселение Усть-Шексна существовало около пяти веков и плавно переместилось на правый берег Волги. В 1504 году оно упоминалось уже как Рыбная слобода. По дворцовому указу жители должны были поставлять на царский стол по 500 стерлядей в год. Между тем поток грузов, который шел по Волге к Северной столице, все возрастал. В районе Рыбинска, как город стал называться в 1777 году, заканчивался глубоководный путь с низовьев Волги. Река становилась мельче, товары и мешки с мукой приходилось перегружать уже на мелкие, «зарыбинские» суденышки.

В навигацию в Рыбинске собиралось до 150 тысяч рабочих при населении в семь тысяч. Это были и ломовики — владельцы телег, которые использовались для развозки мешков, и крючники, кто на своем горбу таскал грузы, и бурлаки, которые впрягались в лямки и тащили суда.

В бурлаки подавались отставные солдаты, обедневшие крестьяне, а то и беглые преступники. На работу нанимались на улице Стоялой. «Биржа труда» бурлаков сейчас полностью восстановлена. На старейшей улице Стоялой выложена брусчатка из камней, обновлены фасады домов, установлены стильные фонари, все провода убраны под землю.

Стою, щурясь на солнце, представляю, как тут сидели, а частенько и спали те, кто собирался «идти в лямке, под хозяином». Чтобы каждый купец не будил, не тряс спящего бурлака, были особые опознавательные знаки. Если на пятке у него был углем нарисован крест, значит, бурлак занят, к нему лучше не подходить, можно схлопотать по шее. Если пятки были ничем не помечены, бурлака можно было растолкать и поторговаться с ним.

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

Еще одним опознавательным знаком была деревянная ложка. Если она была заткнута у бурлака за шапку, значит, он был голодный, у него не было хозяина. Если ложка была заткнута за пояс, значит, он был уже в артели, получал питание.

Только я нацеливаю фотоаппарат на одну из аутентичных вывесок, как слышу сзади: «Пройдемте-с». Оборачиваюсь — стоит господин в долгополом сюртуке, жилетке с отливом и с тросточкой. Именно этот франт будет дальше рассказывать нам о Рыбинске и местных знаменитостях, которые оставили след в истории. Сегодня амплуа актера и режиссера Рыбинского драматического театра Владимира Калюкина — байки на крыше. Для хороших людей он устраивает мини-спектакли на высоте нескольких этажей.

С крыши местного арт-трактира нам хорошо видно зеркало Волги, черные рога якорей, всю набережную…

— Кто у нас один из самых известных бурлаков? — входит в роль наш сопровождающий. — Владимир Гиляровский! Это потом он станет известным писателем, репортером и краеведом. В Рыбинск он пришел с бурлаками. Сбежав из дома в 17 лет после неудачного экзамена в гимназии, он продал кожаные сапоги, купил 3 пары лаптей, онучи, услышал: «Хомутайсь!» — и впрягся в лямку. Дальше выдыхал вместе со всеми: «Дернем-подерним, да ух-ух-ух». За три недели дошел с артелью бурлаков от Костромы до Рыбинска. Силы он был немереной, сворачивал в узел железную кочергу, гнул пятиалтынные пополам. Работал потом в порту крючником, таскал на спине с помощью особого железного крюка кули муки по 9 пудов и кули с солью по 12 пудов (147 и 196 килограммов. — Авт.). Заслужил право носить жилетку, вышитую серебряной канителью.

Рыбинск тогда считался «столицей бурлаков». Сотни судов, идущих из южных губерний, несли в город холеру. По прибытии, по распоряжению городского головы, каждому бурлаку давали билет в баню. И только после бани он имел право выйти в город. Это делалось, чтобы избежать эпидемий.

Питались бурлаки тюрей: размоченным в воде хлебом, куда добавляли лук и постное масло. В день бурлаки проходили до 30 километров. Когда впереди был глубоководный участок, старший — костный — кричал: «Дело-табак». И бурлаки привязывали кисет с табаком к шее. Потом выражение стало нарицательным, о затруднительном положении стали говорить: «Дело — табак».

— Видите пожарную каланчу? — показывает Владимир на пятиярусную громадину. — У нее — монолитная железобетонная каркасная конструкция. Она самая высокая — 48 метров — из подобных в России. Предыдущая наблюдательная деревянная башня сгорела. Одни считали, что это был поджог, в основании башни располагался городской архив, кому-то выгодно было уничтожить неудобные улики. Другие винили во всем самих пожарных, которые были не дураки выпить.

Пожарная каланча потянула за собой байку об огромном рыжем козле-алкоголике, который жил у пожарных.

— Это был абсолютно добрый козел с щемящими, как у всех пьяниц, глазами. Он пристрастился к вину и водке, так как жил в команде пожарных, был у них «сыном полка». Вечером он выходил на набережную, где кипели котлы с едой, бригады крючников варили себе похлебку. После тяжелой работы они потребляли ведерочко водки на бригаду. По всей Волге шла холера, нужна была дезинфекция. Козел обходил все артели по очереди, стоял, тряс бородой, блеял, пока ему не вливали стакан в глотку. «Приняв на грудь», шел к другой артели. И везде ему, как говорится, преподносили. Если кто артачился, жадничал, козел разбегался и переворачивал ведро с живительным напитком. Обидеть рогатого было себе дороже. Он был всеобщим любимцем, его оберегали.

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

«Стрижемъ и бреемъ»

Наверху, на крыше, откуда видны целые кварталы старинных особняков, как-то особенно чувствуется дух купеческого Рыбинска. Удивительно, как администрации города удалось настолько удачно «перезагрузить» городское пространство. Та же улица Крестовая теперь органично вернулась в XVIII–XIX века. Шагая по тротуару, выложенному булыжником, мы наперебой читали вывески: «Текстильный дворъ», «Отопленiе и водоснабженiе», «Деловой костюмъ», «Красная туфля: обувь для дамъ и господъ», «Стрижемъ и бреемъ»… Рядом — стильные черные фонарные столбы. Вся историческая часть Рыбинска стала, по сути, музеем под открытым небом. Казалось, что из-за угла вот-вот вывернет городовой в белой форменной фуражке или мимо пройдет барышня, прикрываясь ажурным зонтиком.

В Рыбинске мы то и дело слышали, какое то время купеческое было «золотое». Рыбинск был главным центром торговли хлебом. Суда у причала стояли на реке в десять рядов. Каждый девятый житель города был купцом. У местных купцов был свой кодекс чести, нередко договоры заключались устно, без подписания каких-либо бумаг. Достаточно было купеческого слова. Кто его нарушал, мог и разориться.

По Волге тянулись хлебные караваны. Барыши купцы имели немалые, но в то же время осознавали ответственность богатства, понимали греховность накопительства. Для всеобщего блага строили больницы, богадельни, храмы, открывали коммерческие училища, библиотеки.

— Но и веселиться могли на полную катушку, — говорит Владимир Калюкин. — Устраивали обеды, где главную роль играла стерлядь. Каждый купец старался перещеголять другого в величине рыбы. И перед знаменитостями не склоняли головы. Известно, например, что популярному столичному артисту Михаилу Щепкину рыбинские купцы в виде гонорара в качестве розыгрыша «подогнали» два воза щепы. Тот не оценил шутку, обиделся, больше в Рыбинск выступать не приезжал.

Весьма популярным местом отдыха купцов был ресторан «Эльдорадо», где публику развлекал хор цыган, шансонетки, куплетисты всех мастей. Но однажды он сгорел. Говорили, что его подожгли жены купцов, чьи мужья засиживались там до полуночи.

Чем больше я бродила по Рыбинску, тем больше удивлялась. Казалось бы, город был в уездном статусе, а строил здания, сравнимые с дворцами. Купечество мелочиться не любило, главное, чтобы было «красиво». Чего стоит, например, здание Новой хлебной биржи, которое можно сравнить со сказочным теремом. Тут тебе и высокие арочные окна, и фигурная кровля, и облицовка с использованием цветных изразцов. Здание было построено ни много ни мало по проекту архитектора Московского Кремля Александра Иванова.

Еще одно украшение города — Рыбинский железнодорожный вокзал. Его автор Сима Минаш в качестве инженера участвовал в сооружении Витебского вокзала в Санкт-Петербурге. Не потому ли вокзал в Рыбинске так же хорош, как его питерский «собрат»? У него та же высокая башня с часами, античные мотивы и рельефы хищных птиц в декоре. До революции Рыбинский железнодорожный вокзал служил не только для размещения пассажиров, а был также центром светской жизни города, в большом зале устраивались балы, выступал с концертами городской оркестр. Эта традиция продолжается и сейчас.

В Рыбинске много уникальных зданий и сооружений, но сердцем Рыбинска по праву считается Спасо-Преображенский собор, который называют Красой Поволжья. Он был построен по проекту знаменитого петербургского архитектора Авраама Мельникова, который принимал участие в конкурсе на строительство Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге. Его проект занял третье место и был воплощен в Рыбинске. Рядом с собором стоит почти 94-метровая колокольня, которая входит в девятку красивейших колоколен России.

Старинный Рыбинск превратился в машину времени

«Ленин в зимнем»

Гуляя по набережной вдоль Волги, мы издали заметили рыбинскую 30-метровую водонапорную башню, сложенную из темно-красного кирпича. Выясняем, что, утратив свое былое назначение — снабжать город питьевой водой, она долго стояла заброшенной, ветшала. Башня была отреставрирована, только когда попала в частные руки. Нынешние ее владельцы — художники Алла и Сергей Смирновы, которые живут как в России, так и во Франции.

Удивительно, но нам удалось поговорить с хозяйкой и посмотреть, как башня устроена изнутри.

— У меня муж родом из Рыбинска, очень любит свой родной город. Когда водонапорная башня в 2002 году была выставлена на торги, мы решили поучаствовать в аукционе, подали заявку, — делится с нами Алла. — Кроме нас был еще один претендент, но, когда мы предложили сумму на пять тысяч больше, он отказался от покупки. В итоге мы заплатили за водонапорную башню 75 тысяч рублей, по тем временам это была большая сумма. Нам пришлось заложить машину, взять кредит. Башня вся была завалена мусором, соседи со всех ближайших дворов свозили сюда всевозможные отходы и хлам. Мусор пришлось вывозить грузовиками. Потом начали башню потихонечку восстанавливать. Это проект 1899 года, толщина стен в основании — полтора метра, башня стоит на камнях. Сначала думали устроить в ней мастерскую или салон. Но площадь там совсем небольшая, поняли, что общественное пространство разместить в башне будет сложно. В итоге решили, что это будет наша многоуровневая квартира.

Одни в Рыбинске благодарны Смирновым, что сохранили и восстановили этот уникальный исторический объект, другие сожалеют, что башню теперь нельзя использовать как смотровую площадку. Мы поднялись на самый верх, где располагается шпиль, поддерживаемый металлическими кронштейнами. Вид на Волгу там действительно впечатляющий.

Пять лет назад в Рыбинск приехал чрезвычайный посол Франции Жан-Морис Рипер с супругой. Время у него было ограничено. Для высокой делегации подготовили концерт. Но посол, извинившись, сказал: «Я много видел культурных программ и еще увижу, а башню Смирновых могу не увидеть никогда». И отправился в гости к художникам, которых хорошо знают во Франции как владельцев иконописной мастерской.

Рыбинцы гордятся своими именитыми земляками. Это и выдающийся флотоводец адмирал Федор Ушаков. И кинорежиссер, актер, сценарист, педагог, народный артист СССР Станислав Ростоцкий, кто снял культовые фильмы «…А зори здесь тихие», «Белый Бим Черное ухо», «Доживем до понедельника». И исполнительница романсов и джаза, заслуженная артистка России Нина Шацкая.

Мало кто знает, что на рыбинских подмостках начинал свою актерскую деятельность Аркадий Райкин. Будучи мальчишкой, он участвовал в представлении в местном театре. Правда, отец не одобрил участия сына «в балагане», воскликнув: «Еврею быть клоуном? Никогда!» В ход пошел ремень. Вскоре Аркаше купили скрипку, но тот приспособил футляр с инструментом для катания по льду… Потом семья Райкиных перебралась в Петроград.

В волжском городке много всего необычного. Сама Волга меняет здесь свое направление. До Рыбинска течет в основном на северо-восток, а от Рыбинска поворачивает на юго-восток. И люди здесь в большинстве своем с большим достоинством, гордые, из тех, кто «не клюет с руки».

Каждый здесь может проложить свой маршрут. Одним будет интересен Рыбинск купеческий, другим — индустриальный, третьим — православный. Мы, например, в завершение нашего вояжа решили пройтись по необычным памятникам Рыбинска. Увидели на Красной площади «Ленина в зимнем». Вождь мирового пролетариата стоит на постаменте в зимнем пальто и каракулевой шапке по моде 50-х годов. Согласно легенде, автор памятника — дагестанский скульптор Хасбулат Аскар-Сарыджа — изначально вообще планировал обрядить Ильича в папаху, но его вовремя остановили.

На Купеческом спуске в начале улицы Стоялой бронзовый мальчик-беспризорник просит у бронзового Остапа Бендера 10 копеек. Скульптурная композиция, посвященная героям фильма «12 стульев», появилась в Рыбинске не случайно. Именно здесь Леонид Гайдай снял большую часть своей культовой картины. Жители города активно натирают нос любопытному беспризорнику.

А вот у бронзового поэта-песенника Льва Ошанина, что стоит на набережной, прислонившись к парапету, уже до блеска отполированы носки ботинок. Автор «Песни о тревожной молодости», «Эх, дороги», «Течет река Волга», Солнечный круг» родился в Рыбинске, часто приезжал на свою родину. Следуя его знаменитой песне, мы спустились к реке и в конце пути свои ладони опустили в Волгу. Спасибо, Рыбинск, мы сюда еще вернемся!

Источник: www.mk.ru

Присоединяйтесь к нам в Google News, чтобы быть в курсе последних новостей
Love
Haha
Wow
Sad
Angry
Вы отреагировали на "Старинный Рыбинск превратился в машину времени" Только что