в

Сергей Миронов: О Думе, о Путине, о справедливости

Сергей Миронов: О Думе, о Путине, о справедливости

«Мы будем убеждать руководство страны в необходимости выполнения наших предложений»

…Еще даже воздух здесь, в Госдуме, не остыл от накала предвыборных баталий, а Сергей Миронов уже работает, стоя за конторкой, над проектами новых законов. Но для главного редактора «Мира новостей» Николая Кружилина и его первого заместителя Андрея Авдонина политик отвлекся на время от дел. Сергей Михайлович любезно поделился оценками избирательной кампании, планами на будущее, а также интересными воспоминаниями.

МЫ БОРОЛИСЬ ЗА ЧИСТОТУ ПОДСЧЕТОВ

— Сергей Михайлович, формат прошедших выборов в ГД РФ на этот раз был необычным…

— Мы изначально были против трехдневного голосования. Был бы один день — у «ЕР» оказались бы совсем другие результаты. По моей оценке — процентов на 20 меньше, чем насчитали им в итоге. Что касается онлайн-голосования, то я думаю так: будущее в принципе за ним и противиться этому не надо. Но я считаю, что нужно повышать контроль, внимательно следить за тем, кто и как готовит программное обеспечение для такого вида голосования. Но в любом случае мы боролись за чистоту подсчетов, у нас хорошо отработал «Справедливый наблюдатель». Этот проект состоял в том, что мы выдвинули на участки более 100 тысяч профессионально подготовленных наблюдателей по стране.

В пятницу, 17 сентября, в первые часы голосования мы обнаружили около 1700 нарушений, а жалоб подали 225, то есть примерно 1/7. Остальные нарушения были устранены. Потом эта пропорция, к сожалению, увеличилась, и она была уже один к четырем, один к трем. Жалоб становилось больше, потому что нарушения были уже грубыми.

— Ваших наблюдателей боялись?

— Да, мы вели очень активную пропагандистскую кампанию по «Справедливому наблюдателю», и многие потенциальные нарушители испугались. У них сработало ощущение некоего такого дамоклова меча. Поэтому, например, по моему родному Питеру мы неплохо выступили, там ведь были еще и выборы в заксобрание. Питер дал чуть больше, чем Москва, голосов нашей партии, хотя по предвыборной социологии все было наоборот.

— И все же как вы оцениваете общий результат, когда вы набрали больше голосов и депутатских мандатов, чем на прошлых выборах в ГД РФ?

— Результат в нынешних специфических условиях достойный, насколько это оказалось возможным. Но я давно говорю о необходимости принятия закона о втором туре для выборов по одномандатным округам. Что это значит? Первые два кандидата, набравшие больше всех голосов, идут на второй тур. Так будет честнее, и такая практика выборов покажет настоящее волеизъявление народа. Сейчас мы будем во второй раз вносить данный законопроект в Госдуму. Будем убеждать людей так, чтобы это стало общественным требованием. Ведь люди сегодня смотрят и недоумевают: как же так, мы все поддержали вашего кандидата, а в реальности почему-то мандат оказался… у «Единой России»?!

СЛИЯНИЕ ПАРТИЙ – НЕИЗБЕЖНОСТЬ

— Сергей Михайлович, раз уж мы затронули тему слияния, то вопрос: а можно ли ждать объединения с той же КПРФ или с коммунистами не договоришься?

— На самом деле такие разговоры идут. Я всегда говорил, что исторически неизбежно, что с КПРФ мы объединимся. Представьте себе, если бы у нас были единые кандидаты — ведь можно было бы создать предвыборный неформальный блок левых сил. Мы бы победили «ЕР» на 100 процентов. Когда «СР» объединилась с «Патриотами» и «За правду», рейтинг партии одномоментно подскочил до 11 процентов. А сейчас по принципу «разделяй и властвуй» мы вынуждены конкурировать с КПРФ.

— Может быть, в итоге слияний и возникнет в стране Социалистическая партия, хорошее название…

— Да, может возникнуть большой блок из партий, социалистических по сути и программам. Но мы и сейчас официально называемся Социалистическая политическая партия «Справедливая Россия — Патриоты — За правду». И объединяться в дальнейшем мы будем на идеологии социализма, конечно. А отличие от всех остальных у нас, по сути, простое: мы думаем о будущем, а они все думают о прошлом.

О ЧЕМ ЗАБОТЫ ПАРТИИ?

— Сергей Михайлович, а над чем сейчас работают интеллектуалы «СР»? Какие важные законы вы собираетесь вносить в новом составе палаты парламента?

— Мы знаем, что люди не простили и никогда не простят пенсионную реформу, причем все поколения россиян. Казалось бы, это касается только пенсионеров, молодым-то что? Но они, которые рассчитывали, что их бабушки и дедушки будут сидеть с внучатами, тоже обломались. Эту реформу надо сильно корректировать, если не вообще отменять.

Вообще у нас в рамках борьбы с бедностью было два ключевых предложения, которые я донес до президента в рамках видеоконференции. Первое — возвращение пенсионного возраста, обязательной индексации пенсий для работающих пенсионеров и более справедливого и выгодного людям способа формирования пенсий.

А второе предложение — справедливый базовый доход. Это то, что при любых обстоятельствах перечисляется каждому члену семьи с детьми, — это первый этап, то есть ежемесячные выплаты независимо от положения и статуса. Вот то, что отличает нас от КПРФ. Это наше ноу-хау, этого нет ни у кого.

Не скрою, мне было очень приятно во время видео­конференции с президентом России, что он отреагировал именно на данное предложение и впервые сам произнес это словосочетание «справедливый базовый доход». Он сказал, что идея понятная. А так как мы предлагаем начать выплаты такого дохода именно с семей с детьми, президент сказал, что идея еще и правильная с точки зрения направления. Так что это будет первоочередная наша инициатива в плане борьбы с бедностью.

По нашей оценке, реальное число бедных в нашей стране — около 45-50 миллионов человек. Из них, по данным того же Росстата, около 9 миллионам человек не хватает денег на продукты питания. Иными словами, они живут впроголодь. И это не Африка, это Россия в XXI веке.

Сегодня действует такая норма, как минимальная оплата труда, которая составляет около 12 тысяч рублей. Так вот, минимальная оплата труда должна составлять не 12 тысяч рублей, а в два-три раза больше, и тогда люди по-другому будут себя ощущать. И вот для начала мы внесли, как я уже говорил, важнейшую социальную инициативу о справедливом базовом доходе.

И еще: помните, что с этого года впервые на 2 процента подняли НДФЛ для тех, кто получает свыше 5 миллионов рублей в год? Это мы достучались, и это идет на пользу социальной справедливости.

А вот насчет позиции «ЕР» с ее конституционным большинством у меня иллюзий давно уже нет. И я сказал всем, что мы будем убеждать руководство страны в необходимости выполнения наших предложений. Ведь наша работа эффективна и полезна, мы в уходящей Госдуме заняли второе место по количеству не просто внесенных законов, а принятых! И это несмотря на то, что у нас была тогда самая маленькая фракция. Руководство страны об этом знает и прислушивается к нашим инициативам.

СОЛИДНЫЙ БАГАЖ СДЕЛАННОГО

— Сергей Михайлович, а напомните, пожалуйста, нашим читателям о принятых благодаря вам законах.

— В первую очередь это мы добились отмены внутрисетевого роуминга для мобильной связи, благодаря чему граждане страны в год экономят до 30 миллиардов рублей. Это мы добились того, чтобы жители многоквартирных домов по решению собрания дома могли напрямую заключать договоры с ресурсоснабжающими организациями. Это вода, электричество, тепло, газ. Минуя управляющие компании, людям покупать все это, конечно, дешевле.

Мы давно выступали за отмену техосмотра для частных автовладельцев, и сейчас эта инициатива реализуется на практике. Дачная амнистия и продление бесплатной приватизации — тоже наша заслуга.

— Этот курс вы продолжите?

— В новом составе Думы мы будем добиваться отмены нынешнего закона об образовании с его вредным ЕГЭ. Мы будем добиваться и отмены нынешнего закона о так называемой реновации. Наш с Галиной Хованской вариант был отвергнут, зато нынешняя редакция закона ведет к тому, что людей под предлогом «комплексного развития территории» можно просто выкинуть из квартир на улицу. Так в одном месте чуть не полгорода собирались выселять, записав в это «комплексное развитие». Но вовремя опомнились, и пока никто никого не выселил. А где гарантии, что этот закон не начнут применять сейчас, после выборов? Мы также считаем, что не надо строить новые города в Сибири, потому что необходимо вложить крупные средства в те, которые уже имеются и зачастую влачат жалкое существование.

Да, многие наши инициативы пойдут к реализации нелегким путем. Но они и раньше шли непросто, их отвергали раз за разом. Однако мы выходили напрямую либо на главу государства, либо на премьер-министра, и дело сдвигалось с мертвой точки.

К сожалению, иначе, без поддержки сверху, пока у нас нельзя. А некоторые наши инициативы потом стали как бы «инициативами» «Единой России». То есть они не голосуют по многу раз за наши предложения, но и не отвергают. А в итоге позже выдвигают их как вроде бы свои. Они же, по сути, как бы филиал правительства. Если там велят — они делают, я об этом давно и много раз говорил, только это мало кто освещает.

О ПОДДЕРЖКЕ ПРЕССЫ

— Сергей Михайлович, мы не первый раз обсуждаем судьбу печатных СМИ, которая у нас в стране стала совсем незавидной. Количество точек продажи прессы за последнее десятилетие сократилось в несколько раз, читателям все труднее купить любимую газету или журнал. Кстати, в том числе и поэтому народ плохо осведомлен, например, о ваших думских инициативах.

— После нашей прошлой встречи я дал поручение, и сейчас в эту осеннюю сессию парламента мы внесем инициативу о поддержке прессы, в том числе и в плане распространения через киосковые сети продажи. Считаю это важным вопросом просвещения людей, получения ими проверенной и достоверной информации.

О НОВЫХ ДЕПУТАТАХ

— Сергей Михайлович, кадровый состав вашей фракции в Госдуме усилился за счет новых, хорошо известных в стране людей.

— Я очень рад, что к опытным профессионалам, которые у нас работали в 7-м созыве ГД РФ — это Валерий Гартунг, Олег Нилов, Елена Драпеко, Галина Хованская, Анатолий Аксаков и ряд других, — пришли новые люди. Конечно, это и прекрасный экономист Михаил Делягин, и Николай Бурляев, который будет биться за нашу культуру. К нам пришли такие люди, как Сергей Кабышев, профессор, юрист, возможно, присоединится Анатолий Вассерман.

Я надеюсь, что нам удастся возглавить очень важный думский Комитет по образованию и науке. Все наши новые депутаты очень серьезные и профессиональные, они будут заметны, и я просто уверен, что они добавят нашей работе «перчика».

У нас отличный Экспертный совет блестящих юристов и экономистов, там у нас сегодня очень много академиков, причем по разным направлениям и специальностям, поэтому всегда все хорошо просчитано, мы всегда анализируем, собираем всю фактуру перед тем, как вносить законопроект на обсуждение. Это нас сильно отличает от той же КПРФ.

О ЗНАКОМСТВЕ С ПУТИНЫМ

— Интересно, Сергей Михайлович, а как вы познакомились с Владимиром Владимировичем?

— В 1994 году я был избран в Санкт-Петербурге депутатом заксобрания. Интересно, что для избрания тогда существовал порог явки: в моем округе тогда пришли 24,96 процента. Я занял первое место, но… Довыборы были в декабре 1994 года. Меня избрали, я пришел в заксобрание. И вот тогда, когда новоизбранным вручали удостоверения депутатов, рядом с мэром А.А. Собчаком стоял его первый заместитель В.В. Путин.

Так оказалось, что он по должности курировал взаимодействие с заксобранием. Я впервые тогда его увидел, потом мы встречались на заседаниях. А в апреле 1995 года неожиданно для меня я был избран первым заместителем председателя заксобрания. Это освобожденная работа, и так получилось, что я взвалил на себя всю законо­творческую работу. Мы с ним практически каждый день общались, сидели, что называется, на телефоне. И я увидел тогда уникальные качества Путина, которые мы уже все сегодня видим.

— Например?

— Умение добиться результата. Скажем, мэр Собчак считал, что есть его мнение, а остальные мнения — неправильные. Он вносил в заксобрание законопроект, я смотрел его и говорил Путину: «Владимир Владимирович, этот закон собрание не примет». «Почему?» — спрашивал Путин. Я рассказывал, он внимательно выслушивал и понимал мои аргументы. Но ему надо было идти с этим к шефу, к Собчаку, который скажет типа: «Что там понимают эти депутаты в законах?» Путин уходил с предложениями по поправкам, через два дня приходил уже с согласием Собчака. Как он добивался результата, чего ему это стоило?

А в конце 90-х у меня была история, связанная с противостоянием бандитскому Петербургу. И Владимир Владимирович, будучи тогда уже директором ФСБ, реально мне очень сильно помог в борьбе с бандитами.

— А как дальше развивалась ваша совместная работа? Ведь Путин фактически предложил вам в свое время стать третьим человеком государства, спикером Совета Федерации?

— Конечно, в Законодательном собрании Санкт-Петербурга мне стало со временем тесновато, я приехал в Москву, разговаривал с Владимиром Владимировичем, и он сказал: «Слушай, а иди-ка ты работать в Совет Федерации». Никто мне не говорил: «Сережа, скоро мы тебя продвинем».

Сергей Миронов: О Думе, о Путине, о справедливости

Через два месяца меня избрали заместителем председателя конституционного комитета. Через какое-то время пришло время уходить тогдашнему спикеру Егору Строеву. В верхах начали думать, кто его сможет заменить. И когда несколько групп влияния из того созыва стали составлять списки претендентов на пост спикера СФ, оказалось, независимо от меня, что я был во всех списках на лидирующих позициях: где-то — на первом месте, где-то — на втором. Мою фамилию Путину назвал и Строев. Ну а Владимир Владимирович по совместной работе меня хорошо знал, так я и был избран спикером.

Сегодня я считаю его своим старшим товарищем, с которым у нас пройдено непростое время в Санкт-Петербурге. Я очень дорожу его отношением ко мне, очень признателен ему за тот наш питерский период.

— Но, говорят злые языки, из спикеров Совфеда вам пришлось уйти не совсем по своей инициативе?

— Почему? Я ушел по своим соображениям и сам. Но тогда, да, была история, когда я очень больно щелкнул по носу «Единую Россию» и всю Госдуму. Речь шла в середине нулевых, если помните, о копии Знамени Победы. Депутаты Госдумы вдруг придумали, что на копии Знамени Победы не должно быть серпа и молота, хотели уесть КПРФ. Госдума приняла этот закон, направила в Совфед, а мы наложили вето на этот закон. Тогда Госдума не придумала ничего лучше, чем преодолеть вето Совфеда и направить закон сразу президенту. Я поехал в Ново-Огарево к Путину.

— Он в таких случаях оперативно принимает?

— Если не злоупотреблять такой возможностью. Тогда вот как было: я зашел к нему в кабинет, сел, говорю на повышенных тонах: «Владимир Владимирович, ну как же так? Неужели вы подпишете? Я сын фронтовика, как вообще это можно? Депутаты ГД совсем из ума выжили?» А он сидит, молчит, смотрит на меня, потом говорит: «Сереж, вот ты гордо говоришь, что ты сын фронтовика, на всякий случай напомню, что я тоже сын фронтовика. Неужели ты думаешь, что я подпишу этот закон?» И я выдохнул с облегчением: «Владимир Владимирович, а чего вы тогда сидели и молчали?» А он ответил: «Мне было интересно наблюдать, как ты кипятишься». И Путин наложил вето на тот закон.

— Сергей Михайлович, говорят, вице-спикером ГД вы не хотите быть? Вы сегодня уже не тот солдат, который мечтает стать генералом?

— Я уже был генералом, как вы тут вспомнили, был третьим лицом государства. Зачем мне должность вице-спикера? Быть лидером партии и фракции интереснее.

О ЛЮБИМОМ УВЛЕЧЕНИИ

— Сергей Михайлович, а можно немного о вашем увлечении, о геофизике, о знаменитой коллекции…

— Было так, что мы с другом моим Толяном в юности мечтали быть геологами. Прямо с 1-го класса. И вот мы учимся в 9-м классе, и вдруг он прибегает ко мне с огромными глазами — у него справочник, где написано, что есть индустриальный техникум в Ленинграде на улице Толмачева (ныне Караванной) и там есть специальность для нас.

Мы легко сдали экзамены в техникум, и в первое же лето я попал в Западный геофизический трест, впервые поехал на Кольский полуостров… Ну и я заболел камнями. И когда после армии пришел в институт поступать, я уже точно шел на геофизику.

Сергей Миронов: О Думе, о Путине, о справедливости

Скажу, что коллекцию редких минералов я передал в Государственный музей геологии, который находится на улице Моховой в Москве, там есть специальный зал на 3-м этаже — он так и называется: «Коллекция С.М. Миронова».

Хотя я ее и подарил, но страсть моя к уникальным камням остается. И вот если бы не предвыборное лето, я бы, как всегда, поехал в экспедицию и собирал бы редкие красивые камни. Потому что в дарственном акте в музее есть пункт о том, что даритель имеет право пополнять коллекцию. И я это считаю своим долгом.

Источник: mirnov.ru

Присоединяйтесь к нам в Google News, чтобы быть в курсе последних новостей
Love
Haha
Wow
Sad
Angry
Вы отреагировали на "Сергей Миронов: О Думе, о Путине, о справедливости" Только что