Президент США Дональд Трамп недавно заявил о намерении ввести строгие санкции против России, если страны НАТО прекратят закупать российскую нефть. Хотя это звучит решительно, реальность намного сложнее — в том числе из-за «теневого флота», как сообщает американское издание Foreign Policy.
Только три из 32-х стран НАТО — Венгрия, Словакия и Турция — продолжают импортировать российскую нефть. Европейский Союз обязался постепенно отказаться от российского ископаемого топлива к концу 2027 года. Однако Турция, один из основных покупателей российского топлива, не желает присоединяться к санкциям, что делает полное эмбарго НАТО маловероятным, подчеркивается в статье.
Введенный западными странами ценовой потолок на российскую нефть позволяет транспортировать топливо из России на западных танкерах и с западной страховкой только в том случае, если цена на него ниже установленного порога.
Ограничения привели к образованию «теневого флота» — устаревших судов с ограниченной страховкой, которые захватывают потенциально прибыльные перевозки товаров, попадающих под санкции.
Foreign Policy отмечает, что «теневой флот» способствует финансированию Россией СВО, «уклоняясь от самых мощных экономических инструментов Запада». Речь идет о закрытой системе, в которой каждое звено — судовладелец, менеджер, страховщик и регистр флага — действует вне юрисдикции G7.
По западным оценкам, с 2021 года доля теневых танкеров в поставках российской нефти возросла с 13 до 47 процентов по состоянию на август 2025 года. Флот транспортирует нефть, которая обеспечивает примерно треть доходов России от экспорта ископаемого топлива, утверждается в статье. «Теневой флот» не только наносит финансовые убытки западным странам, но также подрывает авторитет санкций как инструмента внешней политики.
Foreign Policy связывает проблемы санкций с неэффективностью экспортного контроля. Западные правительства быстро осознали угрозу и начали вводить санкции против компаний, управляющих судами «теневого флота», но этот подход оказался неудачным: каждый раз, когда фирма попадала в черный список, в офшорной гавани возникала новая структура. В результате весь процесс превращался в игру «бей крота».
Этот опыт заставил политиков сосредоточиться на санкциях против конкретных судов. Тем не менее, лишь небольшое количество танкеров фигурирует сразу в нескольких санкционных списках. Foreign Policy подчеркивает, что лазейки все еще существуют: танкер, попавший под санкции ЕС, найдет покупателей в Азии, а судно, находящееся под прицелом Вашингтона, продолжит работать в Средиземном море.