Падение криптовалютного рынка, долговой кризис в еврозоне, старт военной операции Китая на Тайване или крупномасштабная «танкерная война» — такие события могут стать потенциальными «черными лебедями» 2026 года. Вероятность их наступления крайне низка, однако в случае их реализации последствия для глобальной экономики будут весьма ощутимыми, как указано в отчете «Росконгресса».
В общем, авторы прогнозируют, что в этом году мировая экономика столкнется с меньшей турбулентностью, чем в 2025-м, хотя темпы ее роста будут одними из самых низких с 2008 года. К очевидным рискам исследователи относят провал мер стимулирования в Германии, который в сочетании с политическим тупиком во Франции может спровоцировать утечку капитала из региона, где уровень долга уже вызывает опасения за устойчивость государственных финансов.
«Серьезным риском для мировой экономики можно считать вероятность резкого увеличения атак на суда и начало масштабной «танкерной войны». Это может привести к серьезным сбоям в цепочках поставок и иметь резко негативные последствия для глобальной торговли», — подчеркивается в докладе под названием «Ключевые события 2026. Геоэкономика. Прогнозы. Основные риски».
Среди «черных лебедей» также упоминается операция КНР против Тайваня. «Хотя ожидается, что этого не произойдет в 2026 году, в случае реализации такого сценария мы могли бы наблюдать значительные изменения в геополитическом и геоэкономическом ландшафте», — считают авторы. Сценарий обрушения криптовалютного рынка они считают маловероятным. Тем не менее, «учитывая растущую интеграцию биткоина в мировую финансовую систему», события могут принять непредсказуемый поворот: «центробанки могут оказаться не в состоянии регулировать ситуацию, и стресс будет значительным».
Мы поинтересовались у экспертов, согласны ли они с выводами, представленными в докладе, и с какими рисками может столкнуться мировая экономика в 2026 году.
Игорь Расторгуев, ведущий аналитик AMarkets:
«Представленный список «черных лебедей» абсолютно разумен, но я бы добавил еще один — финансовый кризис в сфере искусственного интеллекта. Дело не в самой технологии, которая действительно меняет мир, а в том, как инвесторы вливают деньги в эту отрасль. По данным Bank of America, в 2025 году пять крупнейших мировых технологических компаний выпустили корпоративные облигации на сумму $121 млрд — в четыре раза больше среднегодового уровня за последние пять лет. В 2026 году планируется еще $100 млрд долга. При этом 45% глобальных управляющих фондами уже указывают на пузырь в сфере ИИ как на главный риск. Если вся эта инфраструктура не принесет ожидаемой прибыли, последствия для рынков будут серьезными.
Обрушение криптовалют в текущих условиях маловероятно — институциональные инвесторы продолжают активно приобретать биткоин, центробанки готовятся к смягчению монетарной политики. Операция Китая против Тайваня или масштабная «танкерная война» действительно могут стать настоящими «черными лебедями», но вероятность их осуществления в ближайший год остается низкой. А вот европейский долговой кризис — это уже не фантастика. Провал стимулирующих мер в Германии на фоне политического тупика во Франции может запустить утечку капитала из еврозоны, где госдолг уже вызывает вопросы.
Главная проблема мировой экономики в 2026 году заключается не столько в «черных лебедях», сколько в накопленных дисбалансах. МВФ прогнозирует рост на уровне 3,3%, ООН — 2,7%, Всемирный банк — 2,6%. Все эксперты сходятся во мнении, что риски смещены в сторону ухудшения. Государственный и частный долг достигли рекордных значений, торговые войны оставили глубокие следы в цепочках поставок, а концентрация инвестиций в технологическом секторе создает структурные риски. Для России ключевым фактором остается внешняя конъюнктура — цены на Urals держатся около $40 за баррель, что в других обстоятельствах вызвало бы серьезное беспокойство. Хотя геополитика сейчас затмевает экономические факторы, игнорировать ни то, ни другое не следует».
Михаил Никитин, руководитель практики по международному бизнесу и финансам 5D Consulting:
«Выбор «черных лебедей» выглядит достаточно взвешенным: речь идет о событиях с низкой вероятностью, но с крайне высоким потенциальным ущербом. Обрушение криптовалют, долговой кризис в еврозоне или силовой сценарий вокруг Тайваня действительно не относятся к базовым угрозам 2026 года, однако в случае их реализации они быстро выйдут за рамки региональных проблем и повлияют на глобальные цепочки финансов, торговли и доверия. В этом смысле подход аналитиков логичен: он фиксирует именно системные риски, а не текущие колебания рынков.
В то же время в этом году на первый план выходят менее экзотические, но не менее опасные перекосы, которые уже формируются внутри мировой экономики. Одним из них является пузырь вокруг искусственного интеллекта. В отрасль вложены огромные средства, компании и фонды несут колоссальные капитальные затраты, но горизонт возврата инвестиций остается неопределенным. Даже сами участники рынка все чаще открыто говорят о переоцененности ИИ-активов. Безусловно, технология приносит пользу, но разрыв между фактической экономической отдачей и масштабом ожиданий пока слишком велик, и это создает почву для резкой переоценки, на что указывает и Bank of America.
Еще один тревожный сигнал — перегрев на рынке драгоценных металлов. Резкое увеличение спроса на золото и серебро в последние месяцы носит откровенно спекулятивный характер и не объясняется классическими факторами, такими как дефицит предложения или защита от инфляции. Рынок начинает напоминать казино, где ставки растут быстрее фундаментальных основ. В такой ситуации коррекция может оказаться резкой и болезненной, особенно для инвесторов, вошедших на пике ажиотажа.
Наконец, нельзя игнорировать американский фактор. Проблема государственного долга США остается актуальной, а вопросы, связанные с последовательностью политики ФРС и внешним давлением на регулятор, лишь усиливаются. Создается ощущение долговой спирали, которая в сочетании с перегретыми ожиданиями вокруг ИИ может развиваться сама по себе. При этом до сих пор не просматривается четкий финансовый план команды Дональда Трампа по снижению этих рисков, кроме идеи ослабления доллара. Именно такие накапливающиеся дисбалансы представляют собой наиболее вероятные источники нестабильности. Они могут трансформироваться в события масштаба «черного лебедя» без единого громкого триггера».