С 3 марта правительство Ирана ввело полный запрет на экспорт продовольственных товаров и сельскохозяйственной продукции. Как сообщается пресс-службой торгового представительства РФ в Тегеране, именно эта категория составляет 60% всех поставок исламской республики в нашу страну. Эта мера принята для обеспечения продовольственной безопасности Ирана на фоне конфликта с США.
Тем не менее, геополитическая нестабильность на Ближнем Востоке может негативно сказаться и на поставках непродовольственных товаров из этого региона в Россию. Как это повлияет на цены и ассортимент в магазинах — в материале «МК».
Логистический шторм
Для обеспечения внутренней продовольственной безопасности власти Ирана установили полный запрет на экспорт сельхозпродукции. Большая часть этих поставок (60%) направляется в Россию. Дефицит затронет несколько овощей, однако особенно сильно это отразится на орехах. Более 90% фисташек и около половины фиников поступает именно из Ирана.
Старший преподаватель НИУ ВШЭ, заведующая Научно-учебной лабораторией исследований современного Ирана Эльмира Имамкулиева отметила, что из Ирана в Россию в основном поставлялись овощи и фрукты, которые были конкурентоспособны и более доступными по цене. Разумной альтернативой для замещения этих потерянных поставок представляется азиатская часть постсоветского пространства, например, Узбекистан. Однако всё будет зависеть от погодных условий, а именно, какая будет весна и лето, и даже в лучшем сценарии стоит ожидать роста цен на овощи и фрукты. «Придется перенаправлять логистические цепочки, что потребует времени и дополнительных финансов», — подчеркнула эксперт.
В результате запрета на экспорт продовольствия из Ирана под угрозу попали черешковый сельдерей и салат айсберг: зимой Иран был практически единственным поставщиком этих культур в европейскую часть России, и замены, соответствующей по цене и качеству, в начале весны просто нет. Однако импортеры уверяют, что нехватка станет заметной не сразу — сельдерей может храниться до двух месяцев, к тому же с июня начнется сбор урожая в открытом грунте в России.
Но это не все трудности: серьезные проблемы ожидают рынок тепличных овощей. Иран производит около 500 тыс. тонн болгарского перца и баклажанов, 80% из которых идет на экспорт, причем зимой до 40% этих поставок приходилось на Россию. Для примера: в 2023 году (более свежих данных нет) из Ирана было ввезено 113,8 тыс. тонн перца, 20–30 тыс. тонн баклажанов и 2–4 тыс. тонн кабачков — иранский перец был основой рынка в зимне-весенний период. Теоретически, эти объемы могла бы компенсировать Турция, но не этой весной: для увеличения экспорта ей нужно было наращивать производство еще в прошлом сезоне, а холодная зима не позволила туркам собрать большой урожай.
От баклажанов до макбуков
Аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов рассказал о том, насколько сильно могут вырасти цены и на какие еще товары, а также почему проблемы с поставками из-за конфликта на Ближнем Востоке затронут не только продовольствие.
— Давайте начнем с самого болезненного: что именно подорожает в первую очередь?
— В данный момент под угрозой оказались листовые салаты — айсберг, лолло-росса, романо. Цены уже выросли на сельдерей и баклажаны. В ближайшие 2–6 недель есть риск резкого роста цен на листовые овощи, баклажаны, сладкий перец и арбузы. К лету давление может перейти на киви, косточковые фрукты и фисташки. Отдельно в зоне риска — финики.
— Насколько критична наша зависимость от Ирана?
— Она очень высока по конкретным позициям: из этой исламской республики в Россию поступает более 90% импорта сельдерея и фисташек, около 80% баклажанов и киви, половина фиников и сладкого перца.
— Какой рост цен мы увидим на полках?
— Я бы разделил рынок на две части. Для самых дефицитных и скоропортящихся товаров рост может быть резким: рестораторы уже сообщают о увеличении цен в 2–3 раза на салатную группу, а в условиях затяжного конфликта возможно дальнейшее увеличение стоимости минимум на 50%. Для розницы это обычно означает не немедленный взлет всей категории, а волну повышения на 15–30% по массовым позициям и более резкий скачок по наиболее импортозависимым товарам.
— Конфликт США и Ирана затронул весь Ближний Восток. Какие ещё товары могут не доехать до России из-за него?
— У Израиля возникают сложности с поставками авокадо — на него приходится около половины российского импорта. У ОАЭ — проблемы с логистикой, а Эмираты являются одним из крупных поставщиков устриц. Уже поступают сообщения о росте цен на лосось, гребешок и краба: здесь ближневосточный конфликт влияет на цены через общее удорожание транспортировки, а не через прямую зависимость от Ирана.
— Может ли Россия быстро заменить эти поставки?
— Полностью и мгновенно — нет. По киви теоретическая альтернатива существует: Италия, Греция, Новая Зеландия. Но возможности ограничены контрсанкциями и сроками перенастройки цепочек поставок. По фисташкам мировой рынок также не перестроится быстро: Иран является одним из крупнейших производителей после США. Часть потока может пойти через Турцию, Китай, Центральную Азию, но это не позволит вернуть прежнюю цену и не устранит дефицит мгновенно.
— Даже если замещение сработает, оно будет дороже?
— Практически наверняка. Поставщики уже переходят с авиадоставки на наземную логистику. Ставки на фуры выросли с 300 тыс. до 500 тыс. рублей, а иногда достигают 1 млн руб. за машину. То есть даже замещенный товар будет доставлен по более длинной и дорогой цепочке. Для премиум-сегмента это означает заметный рост цен, для массового — переход на более дешевые аналоги и сокращение ассортимента.
— Какой вклад это внесет в общую инфляцию?
— Для всей инфляции эффект будет заметным, но не критическим. Речь идет не о хлебе, мясе или молоке, а о дефицитных импортных позициях с высоким ценником и небольшой долей в потребительской корзине. Даже если часть затронутых позиций покажет рост на 20–50%, прямой вклад в общий индекс будет ограниченным. Моя оценка: около 0,05–0,15% к годовой инфляции за весну и начало лета, если сбои сохранятся. При длительном ухудшении логистики вклад может приблизиться к 0,2%, но это скорее жесткий сценарий.
— А как насчет «серого» импорта — знаменитых «айфонов из Дубая» — поставки усложнятся?
— Да, рост цен может легко затронуть не только продовольственные товары. Наиболее уязвимы товары, которые шли через Дубай и ОАЭ как перевалочный хаб: смартфоны, ноутбуки, игровая электроника, часть бытовой техники и автозапчасти. Участники рынка уже сообщают о сбоях поставок подобной продукции через Дубай. По ряду оценок, через ОАЭ проходит до 60% параллельного импорта в Россию. Даже без физического дефицита продавцы быстро закладывают в цену риск, страховку и более длинный маршрут.
— Значит, следующая волна подорожания — электроника?
— Именно так. После овощей и фруктов под ударом окажутся электроника и комплектующие, затем автозапчасти и отдельные категории премиального импорта. Рост здесь проявляется быстрее, чем в официальной статистике: на полке это может дать 10–20%, а по самым зависимым позициям — и больше, если перебои с авиакоридорами и поставками через ОАЭ затянутся.
— Что посоветуете обычным покупателям?
— Не стоит скупать всё подряд, а лучше заранее приобрести только самые уязвимые позиции, если они действительно регулярно нужны: фисташки, киви, финики, авокадо, листовые салаты, часть премиальных овощей. По скоропортящимся товарам целесообразно быстро искать замену: вместо иранских баклажанов и перца — турецкие или отечественные, вместо дорогих салатов — местную зелень и сезонные аналоги, вместо импортных орехов — более дешевые смеси и российские позиции. Такой подход значительно снижает удар по чеку, по сравнению с попыткой купить дефицит по любой цене.
— Каков ваш прогноз?
— Мы наблюдаем типичный шок предложения: он не обрушит весь продовольственный рынок России, но может сильно ударить по импортным нишам и премиальному сегменту уже в марте–апреле. На 2–3 месяца вперед сильнее всего подорожают листовые овощи, баклажаны, перец, киви, фисташки и авокадо. К лету часть поставок перестроится через Турцию, Китай, Центральную Азию и другие каналы, но цены полностью не вернутся назад — новая логистика уже дороже. Ассортимент останется, но привычные марки и ценник могут значительно измениться.