Нефть значительно подорожала: в четверг цена североморской марки Brent на краткий период превысила $71 за баррель, хотя на следующий день снизилась до $68,85. Тем не менее, такие высокие значения на лондонской бирже ICE не наблюдались с 1 августа 2025 года. Эксперты связывают данную ситуацию, прежде всего, с увеличением геополитической напряженности на Ближнем Востоке, а также с возросшей вероятностью военного удара США по Ирану. В связи с этим появляются несколько ключевых вопросов, в частности – касательно интересов России.
Ранее, на фоне массовых протестов в Исламской Республике Иран, президент США Дональд Трамп ранее угрожал Тегерану военным вмешательством. 28 января, в среду, глава Белого дома заявил, что к региону направляется «еще одна великолепная армада» американских кораблей. В этой связи у участников глобального энергорынка растет беспокойство по поводу возможных перебоев с транспортировкой нефти через Ормузский пролив. Иранские власти не исключали перекрытия этого канала доставки нефти в случае эскалации в ближневосточном регионе.
Еще одним фактором, дестабилизирующим мировой рынок, стали сильные снегопады, обрушившиеся на США. Эта погодная аномалия в значительной степени затруднила добычу нефти в стране и стала явной угрозой для её экспорта. Мы обратились к экспертам с вопросом, какие обстоятельства, по их мнению, способствуют росту нефтяных котировок, как долго продлится ценовое ралли и насколько это выгодно России и федеральному бюджету.
Игорь Расторгуев, ведущий аналитик AMarkets:
«Текущий ценовой скачок барреля в первую очередь обусловлен обострением ситуации на Ближнем Востоке. Угрозы Вашингтона в адрес Ирана заставили рынок закладывать премию за риск — Ормузский пролив обеспечивает около трети мировых поставок, и любые перебои в этом регионе могут серьезно потрясти глобальный баланс. Дополнительное давление создал зимний шторм в США, который временно вывел из поставок около 2 миллионов баррелей добычи в сутки, а также снижение американских запасов на 2,3 миллиона баррелей за неделю. Ослабление доллара до четырехлетних минимумов также сыграло свою роль — нефть в долларах становится более привлекательной для покупателей.
Однако текущий всплеск, скорее всего, носит краткосрочный характер. Управление энергетической информации США ожидает, что в 2026 году Brent в среднем будет торговаться на уровне $56 за баррель, Goldman Sachs называет схожие цифры с возможным падением до $51. Причина проста: глобальное предложение продолжает опережать спрос, профицит может достичь 2-3 миллионов баррелей в сутки. Геополитика может вызывать локальные всплески, как мы наблюдаем сейчас, но структурные факторы указывают на давление вниз.
Для российского бюджета, с одной стороны, рост мировых цен — это всегда лучше, чем падение. С другой — марка Urals традиционно торгуется с дисконтом к Brent — в зависимости от направлений и контрактов он составляет от $15 до $25 за баррель, а отдельные поставки в Китай уходили со скидками до $35. Таким образом, временный рост лишь частично компенсирует потери. Поэтому краткосрочный скачок Brent выше $71 для российской казны — это скорее стабилизация на текущем уровне, чем реальный прирост доходов. Тем не менее, если цены останутся на этой отметке или даже возрастут, мы только выиграем».
Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ:
«Основным фактором роста цен является ситуация вокруг Ирана. Заявив, что ему больше не поступает информация о казнях в этой стране, Трамп все же подтянул в регион военно-морские силы США, и сейчас в Белом доме, как сообщают мировые СМИ, обсуждаются различные варианты удара по Ирану. Тегеран, в свою очередь, анонсировал проведение учений в районе Ормузского пролива и предупредил гражданские суда о повышенных рисках.
Это значит, что конфликт может перейти в горячую стадию. Насколько серьезным он окажется, и будет ли затронута иранская сырьевая инфраструктура, пока неясно. В первой половине 2025 года Иран вышел на досанкционные объемы добычи и экспорта, которые, по данным Международного энергетического агентства (МЭА), составляли в среднем 1,7 миллиона баррелей в сутки. Если эта нефть покинет рынок, то в сочетании с продолжающейся блокадой венесуэльской нефти цены могут действительно существенно вырасти.
Кроме того, существует реальная угроза перекрытия Ираном Ормузского пролива, через который проходит 20% мировых поставок нефти и 20% — СПГ, что сильно нервирует нефтетрейдеров. Если такой сценарий реализуется хотя бы на один день, цены могут стремительно подскочить за $100 за баррель, просто на эмоциональной реакции рынка. Есть еще одно весьма серьезное обстоятельство, которое находится как бы на втором плане: это объявленная группой европейских государств охота на танкеры теневого флота с российской нефтью, прежде всего на те, что отключают транспондеры, то есть приборы позиционирования.
Это создает серьезные вызовы для поставок по Балтийскому морю, поскольку Россия лишится возможности вывозить сырьё через порты Усть-Луга и Приморск. Перенаправить эти объемы на другие направления не получится, особенно с учетом увеличенной в России добычи (вследствие увеличенных в рамках сделки ОПЕК+ квот). Таким образом, в конечном итоге нам придется сокращать добычу, что может привести к значительным утечкам с мирового рынка и росту цен».