В Уфе разворачивается новый виток многолетнего конфликта вокруг территории Благовещенского монастыря — одного из старейших православных объектов Южного Урала, о котором уже писал «МК».
Ситуация, которая в 2024-м году стала предметом громкого разбирательства правоохранительных органов, спустя два года повторилась — теперь фактически в условиях, когда городская власть парализована, так как несколько дней назад здесь неожиданно арестовали главу города.
Процесс уничтожения запущен заново
Речь идет о Благовещенском монастыре — одном из самых ранних православных центров на территории Башкирии и всего Южного Урала. Он возник практически одновременно с основанием Уфы во второй половине XVI века и на протяжении нескольких столетий оставался важнейшим духовным центром региона.
Монастырь играл не только религиозную, но и социальную, и культурную роль: здесь велась просветительская деятельность, хозяйственные работы, формировалась одна из ключевых православных общин края. К началу XX века он считался крупнейшей и наиболее обеспеченной православной обителью Уфимской губернии, объединяя значительное число насельников и прихожан.
Особую ценность представляло монастырское кладбище, которое сформировалось с конца XVI века и использовалось вплоть до революции. Здесь хоронили монахов, священнослужителей, а также общественных деятелей региона. По имеющимся данным, только установленных захоронений известных лиц насчитывается несколько десятков, а общее количество погребений — сотни. Фактически речь идет о многослойном некрополе, являющемся частью археологического культурного слоя глубиной более трёх метров.
В советский период значительная часть монастырских построек была разрушена, однако полностью комплекс не исчез: сохранялись фундаменты, фрагменты стен и подземные конструкции. Более того, по воспоминаниям очевидцев, под слоями штукатурки в зданиях обнаруживались росписи и мозаики с изображениями святых, что дополнительно подтверждает историческую и художественную ценность комплекса.
Именно поэтому территория монастыря была признана объектом культурного наследия ещё в начале 1990-х годов. Любые работы здесь, по мнению специалистов, требуют предельной осторожности и полноценного научного сопровождения, поскольку утрата даже части культурного слоя может означать безвозвратную потерю уникальных исторических свидетельств.
В 2024 году эта историческая территория впервые оказалась под прямой угрозой. На участке начались земляные и строительные работы, связанные с подготовкой площадки под… жилую коммерческую застройку. По словам общественников, на месте велась расчистка территории с применением тяжелой техники: снимался грунт, вскрывался культурный слой, затрагивались участки монастырского кладбища. Извлекались и человеческие останки, так как техника заходила непосредственно в зону исторических захоронений.
Напомним, первая попытка перекопать территорию одного из корпусов и кладбища бывшего монастыря была предпринята частным застройщиком в 2024 году. Ранее земли РПЦ перешли в собственность компании при невыясненных обстоятельствах.
В тот раз проблему удалось решить во многом благодаря публичности — в том числе после публикации в нашей газете, которая привлекла внимание к происходящему правоохранительных органов. За волной общественного возмущения последовали проверки, было даже возбуждено уголовное дело по статье «Халатность», которое, впрочем, неизвестно чем закончилось, зато работы на территории удалось тогда временно остановить. Однако, как отмечают активисты, спустя два года процесс фактически запущен заново.
На этот раз речь идет не только о застройке, но и об археологических работах, которые одновременно проходят вокруг монастыря. В ведомстве «Башкультнаследие» заявляют, что на участке проводится контрольная проверка, нарушений не выявлено, а сами работы ведутся законно на основании согласованной документации и разрешений, включая так называемый «открытый лист» Министерства культуры. Подчеркивается, что снимается только верхний слой грунта, после чего археологи приступят к полноценным исследованиям, а все действия сопровождаются фото- и видеофиксацией.
Однако эта «рапортичка» не согласуется с тем, что воочию наблюдают общественники и местные жители. Председатель республиканского отделения всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) Эльза Маулимшина рассказывает, что жалобы поступают регулярно. По ее словам, добиться доступа к материалам предыдущих проверок и узнать о судьбе уголовного дела не удалось, несмотря на неоднократные попытки и обращения, в том числе с просьбой о личном приеме у руководства регионального управления.
При этом, как говорит Маулимшина, насколько ей известно, администрацией города не выдавалось разрешений ни на земляные работы, ни на строительство. «СК в прошлом возбуждал дело по халатности, но чиновники мэрии, по сути, тогда были ни при чем — так как разрешений они не давали», — говорит она, тем самым обозначая главный правовой парадокс: если формального согласования не было, то на каком основании ведутся работы?
«Сейчас вместо аккуратных археологических раскопок, на мой взгляд, здесь срезается культурный слой. Земля вместе с человеческими останками и монастырскими артефактами вывозится в неизвестном направлении. С 27 апреля, как мы подсчитали, вывезено около 15 камазов грунта. Так что, по нашему мнению речь, идёт не об исследовании, а скорее об уничтожении исторической среды, и это очень тревожная ситуация», — продолжает Маулимшина.
Уфа без власти
Свою точку зрения высказали и представители РПЦ. Так, иеромонах Петр (Пурис) публично заявил, что происходящее вызывает тревогу у православных жителей города. Однако одновременно, считает он, за стенами храма ведутся раскопки с нарушениями, и речь может идти о фактическом уничтожении монастырского кладбища.
При этом ситуация в данный момент развивается на фоне отсутствия полноценной городской власти: мэр, который мог бы дать разъяснения, теперь находится под стражей.
Советский районный суд Уфы отправил Ратмира Мавлиева под арест до 11 июля 2026 года. Тот обвиняется в превышении должностных полномочий и получении взятки в особо крупном размере. По версии следствия, речь идет о отчуждении муниципальной земли, финансовых схемах с участием рекламных компаний и получении денежных средств за покровительство. Ущерб, по предварительной оценке правоохранительных органов, исчисляется десятками миллионов рублей. Сам факт ареста фактически лишил город публичного центра принятия решений и комментариев по самым различным вопросам.
«Возникает главный вопрос: кто и на каком основании принимает решения по этой территории», — заключает глава ВООПИиК.
Пространство памяти
В Уфимской епархии при этом видят другое будущее этой территории. Здесь, по мнению представителей церкви, должен появиться не очередной жилой комплекс, которых в городе хватает, а пространство духовной памяти — с восстановлением храма, благоустройством некрополя и возможностью для верующих приходить сюда на молитвы. Тем более что первые шаги уже сделаны: весной на этой площадке впервые за сто лет прошла архиерейская служба.
Выходит, с одной стороны, у нас всё чаще звучат слова о защите культурного наследия, исторической памяти и традиционных ценностей. А с другой — как только речь заходит о земле и деньгах, эти принципы почему-то легко отступают на задний план.