Виктория Боня вызвала широкий резонанс, обратившись с открытым письмом к президенту — обращение настолько остро восприняли, что его даже прокомментировали в Кремле. Параллельно она оказалась в центре острой перепалки с Ксенией Собчак, обвинив телеведущую в том, что та «роет» под неё, готовя разоблачительные материалы.
Собчак, устав от наветов, в ответ выпустила подробное видео, в котором не только отвергла обвинения, но и дала чёткую, структурированную реакцию.
В начале она похвалила Боню за смелость: «Вика, ты молодец — твоё обращение к президенту важно, и я его полностью поддерживаю.»
Затем — резко осудила действия Владимира Соловьева и Виталия Милонова, назвав их высказывания в адрес Бони «недостойными даже для недостойных людей».
Но главный акцент — на обвинениях в её адрес: «Вы утверждаете, что я готовлю на вас интервью. Это ложь. Никакого интервью мы не готовим. Ни разу не обсуждали. Ни одна строка не написана.»
Собчак подчеркнула: её команда действительно предлагала Боне прийти в эфир — но та отказалась. На этом тема была закрыта.
Однако затем появилась информация о некой «Светлане», которая, якобы, от имени Собчак писала о Виктории Боне и некоем «Гасарове».
«Я лично собрала команду, проверила всех сотрудников — ни одной Светланы у меня нет. Ни в PR, ни в продакшене, ни в соцсетях. Гасаров — мне неизвестен. Никто из моих людей не писал ни тебе, ни о тебе.»
Вывод Ксении был однозначен: «Либо кто-то прикрывается моим именем — и это клевета, — либо это пранк, либо развод. Но я здесь ни при чём. Вы втягиваете меня в ваши коммунальные разборки. Я не хочу в них участвовать. Но клевету не оставлю без ответа. Предъявите доказательства — или извинитесь.»
Собчак завершила видео сдержанно, но твёрдо: «Я не враг. Я не твой враг. Но я и не твой инструмент. Не используйте моё имя, чтобы переключить внимание с реальных проблем на ложные обвинения.»
Тема, начавшаяся как личный конфликт, превратилась в разговор о медиа-маневрах, ответственности и том, как легко можно превратить ложь в «факт» — особенно когда за кадром стоит не человек, а атмосфера доверия, которую кто-то сознательно разрушает.