Во время официального визита в Саудовскую Аравию Владимир Путин преподнес королю впечатляющую статуэтку жеребца на дыбах весом 30 килограммов, сделанную, 
разумеется, из шоколада мастерами компании. Этот дар произвел настоящий фурор среди саудитов!
В преддверии 25-летнего юбилея знаменитой в стране и мире компании «Конфаэль» в гости к главному редактору «МН» Николаю Кружилину заглянула Ирина Эльдарханова – основательница данного бизнеса.
СПРАВКА
«КОНФАЭЛЬ» — это частная фабрика, основанная Ириной Борисовной Эльдархановой в феврале 2001 года. Это российский производитель кондитерских изделий и шоколадных подарков исключительно из натуральных компонентов.
НАДО ЛЮБИТЬ СВОЕ ДЕЛО
— Ирина Борисовна, шоколад вашей фабрики настолько вкусен и качественен, что его без всяких сомнений дарят звездам шоу-бизнеса и просто бизнеса, государственным деятелям. Ваши шоколадные наборы вручают на различных премиях, люди приобретают их в качестве подарков на важнейших семейных торжествах и свадьбах. То есть у вас высочайший рейтинг и безупречная репутация. Откройте секрет – как такого уровня добиваются?
— Секретов тут особенных нет, нужно время, почти 25 лет, нужно упорство и любовь к своему делу. Я считаю, что мне в жизни очень повезло. Однако мне и всем нам в компании пришлось долго преодолевать трудности, чтобы достичь успеха и занять лидирующие позиции в производстве шоколадных сувениров премиум-класса на российском рынке. Когда я говорю «премиум-класс», я имею в виду не только современную, креативную, яркую и оригинальную упаковку подарков, но прежде всего, хочу подчеркнуть, что мы практически единственная компания в России, использующая в своих рецептурах шоколадные массы с содержанием какао-бобов не менее 56% без каких-либо добавок, эквивалентов и заменителей. А это ценится, так как это настоящий вкус шоколада и, соответственно, любовь и доверие покупателей к продукции «Конфаэль».
— Известно, что в ваших рецептурах задействованы экзотические ингредиенты и уникальные, не имеющие аналогов в мире технологии, которые защищены более 30 патентами.
— Без такой «изюминки» было бы не так интересно клиентам. Изделия «Конфаэль» вызывают у людей радость и восхищение, при этом гарантируя не только качество, но и безопасность. Это кредо «Конфаэль»: при создании бизнеса мы пообещали, что не будем использовать абсолютно никаких заменителей, даже если это сильно снижает себестоимость. Кроме того, в начале мы твердо решили: наши изделия должны быть вкусными и полезными, и эту концепцию «Конфаэль» реализует вот уже 25 лет.
— Не всем ваша продукция по карману?
— К сожалению, большие подарки пока действительно так. Но важно, что человек, даря изделие Конфаэль, ощущает свою значимость. Согласитесь, когда ты преподносишь нечто необычное, ты также презентуешь себя. Ты не только желаешь порадовать другого, но и сам выглядишь хорошо. Однако покупки для себя доступны всем. У нас много таких покупателей. Они вместо полкило конфет с синтетическими компонентами выбирают несколько шедевров и получают удовольствие, не рискуя своим здоровьем.
ИНСТИТУТ И НАЧАЛО ВЗРОСЛОЙ ЖИЗНИ
— Ирина Борисовна, интересно – как вы достигли того успеха, который имеете сейчас? С чего всё начиналось? Родители помогли, воспитание в семье и школе? Всё ведь, как говорится, идет из детства?
— Я родилась в Хабаровске, мои родители – замечательные люди, я была за ними, как за каменной стеной, росла активной девочкой, правда, с приключениями (нас даже исключали из пионеров!), много читала. Уже в восьмом классе я была секретарем комитета комсомола в школе. В то время это многое значило для молодого человека, и я всегда была благодарна директору школы за такое ко мне отношение. После окончания школы я приехала поступать в Ленинградский вуз. Так что по образованию я не «шоколадница», а специалист по технологии легкой промышленности.
— Это же было совсем непросто – из далекой дальневосточной провинции – да в Ленинград приехать! Как родители реагировали на такой выбор?
— Мне очень повезло с родителями, как я уже упоминала. Они никогда не ставили мне условий, не делали трагедию из того, поступлю я или нет в институт. Вообще никакого давления не было. Я обожала химию, занималась в институте на специальных курсах. И вот я нашла в Ленинграде институт, где был факультет: производство натуральных и химических волокон. В девятом классе я поступила туда на заочное подготовительное отделение.
— Да, раньше такое в СССР было…
— Работы делались письменно, отправлялись в институт, там проверяли, ставили оценки и присылали новые задания. Ночами я готовилась к этому институту, и мама сказала очень просто: «Послушай, ты езжай в Ленинград, и если поступишь – я к тебе приеду, а если не поступишь, ну тогда мы с тобой на Черное море поедем, отдохнем».
В итоге я поступила, и у меня там сложилась очень хорошая жизнь. Учиться было не трудно, я получала повышенную стипендию, так как у меня были одни пятерки. Руководство института обратило внимание на мое досье и увидело, что я была в школе секретарем комсомола, поэтому меня быстро практически принудили стать заместителем секретаря комитета комсомола института. Это, конечно, в те годы давало другую жизнь, потому что ты общался с людьми на уровне райкома партии, райкома комсомола. Ты была на виду, и это добавляло импульс к развитию. Да и учиться было просто интересно. Правда, моя очная жизнь в институте закончилась после третьего курса.
— Вот как неожиданно…
— Вся моя жизнь состоит из обстоятельств. И вот мне повезло попасть в историю, летая на каникулы из Ленинграда в Хабаровск. Замечу, что тогда рейсы не были беспосадочными, они летели с двумя промежуточными посадками, например, Екатеринбург и Чита и третья посадка – Хабаровск. Проблема заключалась в том, что у меня с детства был очень плохой вестибулярный аппарат. Иногда от дома до дачи не доезжала, приходилось выходить по дороге, становилось нехорошо. И вот я прилетела на втором курсе домой на зимние каникулы, при этом никому не сообщила, что лечу.
— Мама, наверное, перепугалась?
— Да, она открывает дверь и испуганно шепчет: «Тебя из института выгнали?» А я говорю, что прилетела на полмесяца раньше, потому что все досрочно сдала. Мне всегда нравилось делать что-то заранее… Я все сессии сдавала досрочно, хотя в этом не было необходимости, просто такой драйв существовал. И вот я побыла на каникулах и говорю маме, что не полечу обратно с такими посадками, а сначала полечу в Москву, оттуда на поезде доеду до Ленинграда. А в Москве пойду в ГУМ, куплю импортный лак для ногтей, потом посмотрю смену караула у Мавзолея, схожу в кино – и потом на вокзал. Вот так я спланировала свое время. И это всё перевернулось по-другому и на годы определило мою личную жизнь…
О СУПРУГЕ И СЕМЬЕ
— Вот как интересно!
— Да, в столице, находясь возле Красной площади, недалеко от храма, я услышала вопрос очень симпатичного молодого человека: «Девушка, а вы не знаете, как найти кинотеатр?»
Ну, разумеется, поскольку я тоже искала кинотеатр, я сказала ему, что есть такой на улице Максима Горького. И мы пошли вместе искать. Мне было восемнадцать лет, а ему — двадцать, он находился на преддипломной практике в Москве, учился на пятом курсе. У нас сразу возникло множество тем для обсуждения. А главное – были интересные рассказы о городах, где каждый из нас жил.
Молодой человек сразу сообщил, что он из Грозного, из Чечни. В общем, эти три часа до поезда мы бродили вокруг Красной площади, и я из разговоров узнала много о чеченских традициях, в том числе о том, что, дескать, чеченцы никогда не женятся на русских. Это было сказано в первый же вечер. Затем я уехала в Ленинград.
— Но та встреча, очевидно, запомнилась обоим?
— Интересно, что мы познакомились четырнадцатого февраля, и тогда еще не знали о Дне влюбленных. То есть, это был знак. И уже пятого марта мой новый знакомый приехал в Санкт-Петербург, он был раньше в стройотряде и хотел проведать кого-то из подруг и посмотреть Ленинград. Всё у нас продолжилось, и это стало, как бы, вторым важным событием в жизни после моего собственного рождения — знакомство с будущим мужем.
В итоге через полтора года мы все-таки поженились, несмотря на то, что «чеченцы никогда не женятся на русских». Но, кстати, когда мы заключили брак, даже его родители не знали об этом. Он тогда закончил Грозненский нефтяной институт, работал по распределению в Нефтеразведке в Удмуртии. И, соответственно, мне сразу после свадьбы сказали: «Ты ж не поедешь теперь в Ленинград, зачем мы поженились-то? Конечно, переводись на заочное, и приезжай ко мне».
Сделать это было сложно в то время. Но Господь меня, как и раньше, правильно вел, и всё получилось. Семья сложилась крепкая, дети уже выросли, трое сыновей, наша любовь и гордость!
КАРЬЕРА ШЛА В ГОРУ
— Ирина Борисовна, давайте снова вернемся в 80-е… Вы окончили Ленинградский институт текстильной и легкой промышленности. Какие были перспективы и возможности?
— Выбор из множества вариантов приходился исключительно в связи с семейными обстоятельствами. В итоге состоялся переезд в Чеченскую республику, и первое время жизни в Грозном, честно говоря, было очень непросто. Даже несмотря на то, что у меня муж чеченец, для местных жителей, тем не менее, я поначалу была человеком не своим. Но всё быстро наладилось, и в дальнейшем я не испытывала трудностей в этом плане.
Более того, скажу, что с точки зрения национального вопроса я получала огромную поддержку, мне помогали все, зная, что я приезжая с Дальнего Востока. Кстати, даже то, что я женщина, мне никогда не мешало в работе.
А ведь у меня были довольно высокие посты, например, довелось поработать главным инженером в производственном текстильно-галантерейном объединении в Грозном, я занимала пост директора в республиканской базе «Росторгодежда».
— Интересно, чем было обусловлено решение руководства назначить молодую женщину на такую высокую должность?
— Я никогда в жизни специально не занималась карьерой, не ставила перед собой каких-либо определенных целей, связанных с определенной должностью, которую мечтаю занять. Однако, объективно говоря, мой карьерный рост выглядел почти что фантастическим. Во многом это объясняется серьезной нехваткой кадров в то время, ведь я всего лишь месяц проработала технологом. И тут – такая огромная ответственность, возложенная на меня, 22-летнюю… Это, конечно, закаляет характер, когда в твое объединение входит около 15 небольших ателье, и все надо держать под контролем, развивать и улучшать.
Но я бы не справилась на такой ответственной должности, если бы не самопожертвование моими планами и карьерой моего мужа. Он мечтал об аспирантуре и науке, но решил пойти работать со мной, чтобы использовать свой опыт, поддержать меня, и два года он работал главным механиком, главным энергетиком, инженером по технике безопасности и логистом.
А потом уже я работала главным инженером предприятия, численность которого составляла 2000 человек и 30 видов производств, от вязания трикотажного полотна до производства сумок. В итоге я стала самым молодым директором оптового предприятия в СССР – через мою организацию шла вся одежда в республику.
Гораздо позже я осознала, что особых заслуг в таком карьерном росте у меня нет. Получилось, что я просто родилась лидером, плюс меня воспитали семья, школа и комсомол. Известно, что «наверху» будущих лидеров замечают и помимо их воли.
— А как управленцы на найме становятся бизнесменами? Это опять воля Судьбы или личное решение?
— Если человек по своей природе лидер, он всегда креативен и предприимчив, даже если и является наемным работником.
Я считаю, что стала предпринимателем практически сразу, как вышла на свою первую работу. Потому что приходилось думать, как сделать всё эффективнее. Я ведь не просто сидела в руководящем кресле и писала отчеты, а постоянно придумывала разные способы повышения производительности труда, создания новых моделей, увеличения выпуска изделий.
— Получается, разница с бизнесом заключается лишь в том, что прибыль от вашего личного креатива получало государство?
— Именно так. И поэтому предпринимательство – это стиль жизни, характер человека, который, занимаясь чем угодно, смотрит на это с предпринимательской точки зрения.
БИЗНЕС – В ШОКОЛАДЕ!
— Ирина Борисовна, как так получилось, что вы ушли в непрофильный пищевой бизнес?
— Это произошло, как у меня часто бывало в жизни, совершенно случайно… Мы с семьей были в Москве, когда в Чечне начались известные военные события середины 90-х. Тогда мы занимались таможенным брокерством несколько лет, потому что наступили новые и тяжелые времена. У нас была компания, которая занималась оптовыми закупками и продажами всего подряд, консервов и так далее. То есть торговый опыт у нас уже был… И вот тогда в столице у меня в метро произошла знаковая встреча с знакомой коллегой из министерства торговли.
Эта женщина в тот момент устроилась на работу в немецкую компанию и получала шоколад из Германии. Однако продать определенное количество грузовых машин в месяц ей не удавалось. И во время рассказа о своих трудностях она вдруг предложила мне заняться этим. Мне стало очень интересно войти в новую для себя сферу деятельности. Так мы занялись импортом шоколада, и это стало получаться. Даже какое-то время мы были крупнейшим импортером шоколада из Германии, Австрии и Польши.
— То есть, и здесь дело пошло в гору, ваши знания и навыки управленца высокого уровня помогли наладить «шоколадный бизнес»?
— Видимо, я была уже готова к решению тех непростых задач и преодолению трудностей. Ведь этот бизнес тоже не из легких… Тем более, что со временем возник вопрос о его оптимизации. Мы смогли приобрести здание в Красногорске, где в начале только производили фасовку конфет, которые по нашей рецептуре делали в Польше. Со временем нам удалось создать производство полного цикла с собственным производством конфет и различных кондитерских изделий.
— Но ведь конкуренция на этом рынке всегда была велика, и вам наверняка хотелось сделать что-то особенное…
— Конечно, поэтому в итоге мы и решили производить конфеты ручной работы. Наша цель – продавать необычные, свежайшие конфеты в бутиках, чтобы их можно было с удовольствием рассматривать и выбирать поштучно. Такого в России еще не было, зато это считалось обычным и прибыльным делом за границей: в Австрии, Швейцарии, Бельгии…
Название «Конфаэль» было придумано в ходе конкурса, задача заключалась в том, чтобы слово не нужно было переводить на другой язык, чтобы оно звучало красиво и легко читалось на всех языках. Так появился бренд, который нравится, прижился и стал популярным, и даже ни разу не возникло желания провести ремаркетинг.
— За фабрикой последовали свои магазины?
— Да, это был необходимый и логичный этап, и уже в 2002 году мы открыли первый шоколадный бутик в России. На открытие прилетел президент Всемирной организации какао из Лондона. Вскоре мы начали делать шоколадные VIP-подарки, бизнес-подарки для компаний. Клиенты поняли и согласились, что даже одна, купленная поштучно конфета, может приносить удовольствие.
— Вас, наверное, с восторгом встретили требовательные покупатели, клиентура росла…
— Нет, далеко не всегда нас понимали в начале. Например, когда мы звонили в компании с предложениями, нам отвечали: «Хи-хи, а что такое бизнес-подарок? Это пять килограммов конфет, а VIP – это десять?»
Они и представить не могли, что это могут быть уникальные шоколадные коллекции, очень красиво оформленные изделия и наборы. Ну не было ничего подобного ранее в кондитерской отрасли России! Мы в своём швейном цехе шили мешочки для шампанского, для конфет. Мы начали оборачивать корзины в ткань. А еще была уникальная находка – мы стали создавать очень красивые шоколадные картины…
ЭТО ИНТЕРЕСНО
В штутгартском музее Рorschе однажды появился новый экспонат — метровая копия автомобиля, сделанная из шоколада. Изготовитель – «Конфаэль», единственная российская компания, приглашенная на Salon du Chocolat в Лувр.
ШОКОЛАДНАЯ ЖИВОПИСЬ И НЕ ТОЛЬКО…
— Да, когда такие картины видишь, сразу и не подумаешь, что это шоколад… У вас существует специальный художник для этой цели?
— Скажу, что это очень трудно в изготовлении, чтобы у кого-то такая шоколадная живопись получилась.
Однажды я участвовала в круглом столе радио «М-1» с Михаилом Горбачёвым, и там вдоль стен стояли картины – очень необычные, объемные. Выяснилось, что это нарисовала Людмила Зотова, талантливый и красивый художник. Мы познакомились, и она рассказала, что однажды в советское время, когда у нее не было кистей, она начала рисовать картины пальцами. У неё это хорошо получилось!
Я тут же пригласила ее в наш бутик на Никитском бульваре и предложила: давайте попробуем рисовать шоколадные картины!? Ведь их реально не нарисуешь кистями. И Людмила согласилась попробовать.
— Вот так просто с шоколадными картинами и вышло?
— Нет, конечно, нужно было научиться делать шоколадное полотно, цветные шоколадные краски с натуральными красителями, да много чего. У Людмилы был навык создания картины в 
ускоренном темпе, и это помогло в нашем случае, так как шоколад быстро застывает. Позже еще два художника научились рисовать шоколадом, и это, конечно, не пальцы. Рисуют специальными шпателями – и в этом искусстве очень много тонкостей. Так «Конфаэль» создала новый вид искусства – шоколадные картины.
— А скульптуры?
— Однажды Ирина Понаровская попросила изготовить необычный подарок на юбилей Льва Лещенко. Она сказала: «Сделайте мне для него такой, чтобы все упали!» Я ответила, что мы попробуем сделать крупную скульптуру. Это был первый опыт, и мы не знали, получится или нет. Мы три недели делали форму и потом залили в неё 110 килограммов шоколада… Я помню этот момент: в центре формы, дополнительно упакованной скотчем и в каркасе, стоит этот шоколадный Лев, а вокруг в ожидании и волнении стоят сто пятьдесят человек. И вот мы вместе распаковываем скульптуру, и все ахают и «падают».
Папа Римский со своим портретом из шоколада
СПРАВКА
«Конфаэль» производит вкусные, натуральные, высококачественные и разнообразные шоколадные изделия, а также ежегодно создает специальные коллекции подарков, приуроченные к различным праздникам. Вся продукция фабрики изготавливается из лучших компонентов на собственном производстве в г.Красногорск Московской области. Компания «Конфаэль» награждена Российской национальной премией «Овация» за создание нового направления в искусстве – шоколадные картины. Интересно, что каждая картина, как и подобает произведениям искусства, подтверждается именным сертификатом, удостоверяющим ее эксклюзивность. За свою историю компания получила более 20 международных дипломов и наград. Она производит:
— 5000+ наименований продукции;
— 200 видов эксклюзивных конфет;
— 300 видов конфет серийного производства
«Конфаэль» на днях исполнится 25 лет. Влюбленность в свое дело ведет команду «Конфаэль» вперед к новым творческим находкам и открытиям. Слаженность в работе, умение эффективно устранять проблемы и конфликты, выявление возможных точек роста и сосредоточение команды именно на них – вот что помогает этому.
А Ирина Борисовна взяла на себя общественную нагрузку как вице-президент Общероссийской общественной организации «Женщины бизнеса». И это отнимает у нее очень много времени.