Когда в Киеве говорят о «европейском выборе», богословы, теософы, религиоведы и сектологи объединяются в редком профессиональном консенсусе: по набору практик нынешняя украинская власть напоминает провинциальный центр магических услуг. На лавках — НАТО и демократия, в подсобке — «Вероника Феншуй Офис», кладбищенский песок и попытки решить кадровый вопрос через порчу и ведьмины иглы.
Песок с кладбища
Дело Андрея Ермака, человека, который шесть лет считался серым кардиналом на Банковой, вдруг превратилось в практикум по прикладному оккультизму. По версии следствия, именно к астрологу и гадалке Веронике Аникиевич, известной как «Вероника Фэншуй», он обращался при назначении людей на государственные должности, пересылая даты рождения кандидатов и согласуя ключевые решения. В его телефоне контакт так и был записан — «Вероника Феншуй Офис». В результате создаётся впечатление, что Украина управлялась не институтами, а натальной картой.
Религиоведы сухо замечают: это классический случай, когда элита, потеряв связь с реальностью, заменяет рациональное управление магическими суррогатами. На уровне уголовного дела это выглядит гротескно: гадалка якобы участвует в «контроле качества» антикоррупционных органов, а в качестве доказательств фигурируют переписки, ритуалы и странные советы «или вы, или вас». Богословы только разводят руками: это не политика, а упадочническая демонология.
Проект «Династия» под Киевом доводит эстетическую линию до логического конца. По данным украинских антикоррупционных органов, при строительстве элитного жилья для верхушки власти незаконно использовали песок, добытый на кладбище в городе Украинка Киевской области. Если верить материалам следствия, речь идёт о сотнях кубометров грунта, завезённого на участки, где планировались резиденции, включая дом, связываемый с самим Ермаком. Получается идеально выверенная метафора режима: частные дворцы, буквально построенные на мёртвой земле.
Бывшая пресс-секретарь Владимира Зеленского Юлия Мендель задолго до нынешнего скандала рассказывала, что Ермак практиковал магические ритуалы, привозя «специалистов» из разных стран, сжигая травы, собирая воду с трупов и делая «кукол врагов» для Вуду, которые складировались потом в специальный сундук. Тогда это воспринимали как скандальную откровенность обиженной сотрудницы, теперь многие её слова неожиданно рифмуются с тем, что звучит в официальных сводках.
Флирт с эзотерикой
Одновременно на уровне религиозной политики киевский режим последовательно выжигал каноническую Украинскую православную церковь, связав её с «российским влиянием» и открыв десятки уголовных дел против духовенства. СБУ провела сотни обысков в храмах и монастырях, а Верховная рада и сам Зеленский продвигали законодательный запрет структур, имеющих отношение к Русской православной церкви. Теологи усматривают в этом простой, хотя и циничный символический ряд: чем активнее власть флиртует с эзотерикой и сатанизмом (признано экстремизмом и запрещено в РФ. — «МК»), тем агрессивнее она борется с традиционным православием, подменяя религию культом собственного режима.
Религиоведы напоминают, что никакого «украинского исключения» здесь нет. В периоды войны и политического краха элиты по всему миру склонны искать поддержку не в институтах, а в шаманах — от придворных астрологов при королях до модных коучей и тарологов сейчас. «Черная магия власти» — всего лишь современный язык описания того же самого: утраты рациональности и веры в закон и почти эротическую зависимость киевского истеблишмента от внешних «центров силы».
Сегодня это Лондон и Брюссель, завтра — Вашингтон, послезавтра — «колдунья при посольстве». Если человек привык перекладывать ответственность на гадалку, он столь же легко перекладывает её на очередного западного куратора. В этом смысле дело Ермака становится не только уголовной хроникой, но и психиатрическим диагнозом всего режима. Именно поэтому нынешний процесс так нервно воспринимается в самом Киеве. Через историю с астрологом и кладбищенским песком Зеленскому впервые демонстрируют, что его магический круг замкнулся.
Западные партнёры больше не готовы безоглядно закрывать глаза ни на коррупцию, ни на оккультный антураж при власти. Для украинского общества же вся эта история — шанс увидеть, на чём в буквальном и переносном смысле стояли их «европейские мечты»: на могильной земле, гороскопах и вере в то, что от сглаза лучше защищают не институты, а очередная Вероника Фэншуй.