С 2006 года в Турине до 2026 года в Милане-Кортины, проходя через Канаду, Россию и Азию, 42-летняя спортсменка стала свидетелем трансформации зимних Олимпийских игр. В преддверии того, как Италия вновь примет крупнейшие зимние соревнования в мире, Кирсти Ковентри поделилась своими размышлениями о значении возвращения Игр в Европу. «Помните ту удивительную атмосферу на «Париже-2024»? Я ожидаю нечто подобное в Италии уже через месяц. У вас, итальянцы, есть уникальная страсть к спорту, и ваши горы станут великолепным фоном. Зимние виды спорта зародились на вершинах Европы. Это будут олимпийские игры, от которых мы сможем многому научиться», — отметила она в интервью итальянскому изданию Corriere Della Serra.
Президент Международного олимпийского комитета ожидает в Италии акцент на обучении. Масштабные Олимпийские игры, с мероприятиями на всей территории страны, являются беспрецедентными и представляют собой новые вызовы. «Мы переходим в новую фазу: новая норма — это Игры, проводимые по всей стране. Данные, которые мы собираем в Италии, консультируясь с заинтересованными сторонами, будут служить нам ориентиром на будущее. Если потребуется внести изменения, мы, безусловно, это сделаем», — сказал Ковентри.
Два города, Милан и Кортина-д`Ампеццо, примут церемонии и зажгут олимпийские чаши, отражая стремление страны к инклюзивности и празднованию. «Организационный комитет имел полную свободу в этом вопросе. Лично я рада, что церемония для спортсменов также пройдет в Кортине: она будет компактнее, с меньшими затратами, но позволит всем участвовать в этом грандиозном событии, зная, что сердцем церемонии открытия станет Милан. Как бывший спортсмен, я считаю важным, чтобы каждый ощутил олимпийский дух. Италия имеет право решать, как представить свои символы и культуру миру».
Даже такие сложные вопросы, как бобслейная трасса в Кортине, обсуждались с осторожностью. «МОК просил не строить новое сооружение. Это всего лишь рекомендация, но страна имеет право поступать так, как считает нужным. Трасса в Монти станет одним из наследий Олимпийских игр. Тестовые соревнования показывают, что была проделана отличная работа». Взгляд Ковентри всегда остается взглядом спортсменки. Она с радостью использует возможности для продвижения гендерного равенства и инклюзивности в спорте, что видно на примере четырех знаменосцев на Играх.
«Я бы не сказала, что это стало для нас неожиданностью. Наша просьба касалась гендерного равенства, внедренного на Играх в Токио в 2020 году: один мужчина и одна женщина. Два знаменосца в Милане и два в Кортине показались хорошей идеей. Чем больше спортсменов, тем лучше. Я дважды была знаменосцем Зимбабве на олимпийских играх — это опыт, который я вспоминаю с огромной гордостью».
Для Ковентри гордость выходит за рамки спорта. Представлять свою страну — это кульминация самоотверженности и жертвенности. «Мне было девять лет, когда я сказала родителям, что моя мечта — выиграть олимпийскую золотую медаль. В то время я не имела представления, сколько труда это потребует: взлетов и падений, жертв, тренировок. В 2004 году в Афинах, когда я оказалась на пьедестале почета во время исполнения гимна, это был сюрреалистический и невероятно важный момент. Это было достижение цели всей моей жизни. Каждая Олимпиада, в которой я участвовала, была своего рода волшебством».
Ковентри осознает свою роль в вдохновении будущих поколений. «Эта роль, независимо от пола, влечет за собой большую ответственность и давление. Моя главная задача — не разочаровать. Вторая — вдохновить будущее поколение спортивных лидеров, но не только. У меня две дочери, которые постоянно напоминают мне: я надеюсь, что решения, которые я принимаю каждый день, откроют для них новые возможности».
Тем не менее, она отказывается поддаваться стереотипам. Говоря о балансе между материнством и лидерством, она отметила: «Когда меня спрашивают, я улыбаюсь и отвечаю: а вы когда-нибудь спрашивали Томаса Баха, который был до меня? Думаю, это цена, которую стоит заплатить. У меня замечательный муж, который поддерживает меня без всякой эгоистичности, который любит заботиться о наших дочерях, который часто работает из дома и который не чувствует себя ущемленным, если ему приходится менять свой график, чтобы подстроиться под мой».
Источники её вдохновения охватывают разные поколения и континенты: родители, бабушка, тренер по плаванию в США. «Ключевой момент — это качественное время, проведённое с семьёй: я стараюсь отложить телефон и компьютер, чтобы быть рядом с мужем и дочерьми».
Уроки спорта продолжают формировать её лидерские качества. «Во-первых, я очень конкурентоспособна: мне не нравится проигрывать. За свою плавательную карьеру я выработала трудовую этику и умение восстанавливаться после неудач. Я принимаю критику: я всегда так поступала со своими тренерами. Занятия спортом научили меня важности командной работы: в одиночку никуда не доберёшься. Я не эксперт во всем, но знаю, что могу полагаться на лучших специалистов в любой области, и мне не стыдно обращаться за помощью».
В вопросах дипломатии и олимпийской политики Ковентри сохраняет сдержанность, но твердость. «МОК открыт для Олимпийских комитетов России и Израиля». Нейтральные спортсмены будут соревноваться в соответствии со строгими правилами, а процесс подачи заявок на проведение будущих Игр, от Африки до Индии, реформируется с целью обеспечения инклюзивности и прозрачности.
Несмотря на высокое положение, Ковентри остается приземленной. Отвечая на вопрос о поездке на Игры в Италию: «Нет, никакого вертолета. Я поеду в служебном микроавтобусе, как и все остальные».
Путь Ковентри, от юной пловчихи, мечтавшей о золоте в Хараре, до одного из самых влиятельных руководителей Олимпийских игр в мире, — это история амбиций, упорства и ответственности. Её видение спорта, Игр и будущих поколений отражает те идеалы, которые стремятся поддерживать Олимпийские игры: совершенство, инклюзивность и вдохновение.