в

Иммунолог рассказал, чем грозит россиянам постоянная ревакцинация

Всемирная организация здравоохранения и российский Минздрав установили сроки ревакцинации против коронавируса — полгода. Впервые в жизни мы сталкиваемся с перспективами делать себе ревакцинацию, да еще и так часто. Как это отразится на иммунитете? Об этом обозреватель «МК» поговорил с иммунологом Николаем КРЮЧКОВЫМ.

Иммунолог рассказал, чем грозит россиянам постоянная ревакцинация

— ВОЗ конкретизировала свои рекомендации по ревакцинации: по ее мнению, в качестве третьей дозы должна выступать вакцина на другой платформе. У нас же добровольцы ревакцинируются одними и теми же, и вроде как наблюдают рост антител…

— Чтобы рекомендовать разные вакцины, нужны данные исследований, а их мало и они неоднозначные. Есть, например, данные в пользу того, что сочетание аденовирусной вакцины плюс МРНК-вакцина — лучше, чем аденовирусные. Это было и так понятно, но, с другой стороны, это ничуть не лучше, чем две МРНК-вакцины.

Кроме того, сегодня в мире используются инактивированные вакцины (китайские, российские, индийские — их много), но они относительно слабые. С ними можно комбинировать любые другие, в том числе, аденовирусные — с хорошим эффектом. Но, по большому счету, их можно вообще не использовать, а вместо них применять те же аденовирусные или МРНК.

— Откуда взялся рекомендованный срок ревакцинации — через полгода?

— Сначала такую рекомендацию выпустили американцы, потом европейцы, потом ВОЗ. И наш Минздрав взял американо-европейские рекомендации и внес их в российские методические рекомендации, которые недавно вышли. 

Почему полгода? Постараюсь ответить. Антительное тестирование при массовой вакцинации не рекомендуется по двум причинам. Первое: сегодня ни у кого нет однозначного понимания, какой уровень антител и каких конкретно антител является защитным. И ВОЗ об этом прямо пишет: неизвестно, у каких людей и какие антитела сработают, на какой тест-системе можно лучше всего понять ситуацию. Есть некое общее понимание, что чем больше антител, тем лучше. Но это касается именно уровня нейтрализующих антител, которые мало, где можно исследовать. Уровень общих же антител, которые исследуются в доступных лабораториях, ни о чем не скажет. 

Второе: при массовой вакцинной кампании невозможно организовать массовое тестирование населения на антитела. Поэтому основываются на данных наблюдений и клинических исследований, которые проводятся по выборкам, позволяющим понять, как ведет себя иммунитет и какая оптимальная схема вакцинирования. Подобные исследования среди привитых МРНК-вакцинами позволили обнаружить, что у 10% людей не вырабатываются антитела вообще, а у 25% из тех, у кого они выработались, они теряются через 6 месяцев. Примерно такая же картина у аденовирусных вакцин. Однако все же у большей части людей, примерно 65%, антитела сохранятся и через 6 месяцев. А более чем у половины привитых их обнаруживают и через 8-9 месяцев. Считается, что, чтобы не оставить без защиты треть людей, у которых она теряется, надо ревакцинировать всех поголовно через полгода. С моей точки зрения, для более чем половины здоровых привитых людей период в 8-9 месяцев — нормально. Но при массовой кампании сложно обеспечить тестирование всех подряд — это значительные расходы. Поэтому срок ревакцинации короче, чем мог бы быть, но с учетом всех обстоятельств, возможно, такая схема — оптимальная.

— Раньше у нас вакцинации каждые полгода не было. Как может прививка раз в полгода сказаться на иммунитете?

— Ревакцинации в календаре прививок проводятся и через месяц, и через три месяца, и через полгода — в зависимости от вида вакцин. Однако чаще всего схемы включают три вакцины — и на этом все. В нашей ситуации речь пока тоже идет о трех вакцинах, а не о том, чтобы колоться каждые полгода. Понятно, что схема может поменяться. Если говорить об иммунитете, то нельзя сказать, что от трех вакцин идет какая-то сверхнагрузка. Вакцины эти не живые (те дают сверхнагрузку на иммунитет, а эти — нет). Другое дело, что возможен ряд эффектов на иммунитет, которые пока только исследуются. Например, так называемое  Т-хелпер-2 смещение или антитело-зависимое усиление инфекции (АЗУИ). По поводу АЗУИ во время этой пандемии было много страхов,  однако, однократные схемы вакцинации значимых эффектов АЗУИ не выявляли. Как будет при многократных схемах, еще неясно. Если говорить о Т-хелпер-2 смещении, то это может быть опасно для аллергиков (при этом эффекте  иммунный ответ может смещаться в сторону аллергоподобного). Это не установленный эффект, а лишь предполагаемый. Он есть у многих вакцин, однако он слабый и возможен только при многократных введениях. Сейчас будут проводиться исследования, чтобы установить эффекты ревакцинации. Скорее всего, для подавляющего большинства проблем не будет. Никакой общей нагрузки на иммунную систему здесь нет. Может быть, надо изучать особенности формирования специфического иммунного ответа. Но хорошие вакцины, скорее всего, будут давать улучшение качественного иммунного ответа — антитела от них должны быть более высокого уровня, направленные против самых важных антигенных фрагментов.  Пока все существующие на рынке сегодня вакцины направлены на цельный S-белок вируса, что не всегда хорошо, потому что иммунный ответ — расфокусированный. Но новые вакцины, которые находятся сейчас в разработке, будут давать более сфокусированный ответ. Думаю, что для ревакцинации лучше использовать именно их.

— Ряд ученых сделал заявления, что иммунитет у переболевшего может сохраняться на много лет и без вакцинации. Как вы к этому относитесь?

— Иммунитет — сложная субстанция, и в данном случае речь идет о клетках памяти, которые действительно долго сохраняются. Исследования установили, что В-клетки памяти, которые синтезируют антитела при новой встрече с вирусом, против SARS-2 усиливаются через шесть месяцев после заболевания, а Т-клетки максимума достигают раньше — месяца через 2-3. И, скорее всего, живут они долго. Например, установлено, что после инфицирования предыдущим опасным коронавирусом MERS клеточный иммунитет сохраняется 5-6 лет, после SARS-1 — 3-4 года, после сезонных коронавирусов — пару лет, хотя следы инфекции могут сохраняться в организме десятилетиями. Скорее всего, иммунитет после SARS-2 будет держаться года 2-3, возможно, и дольше. Но это не говорит о том, что у человека есть полноценный защитный иммунитет. Есть и другие клетки иммунной системы, которые на него влияют, и которые исчезают. Плюс вирус мутирует и уходит все дальше от своего прародителя. С учетом всего этого нет никакой уверенности, что через 2-3 года сохранится именно защитный иммунитет. Армия клеток иммунитета будет не в состоянии боевой готовности.

— Мы пришли к выводу, что переболевшие должны вакцинироваться?

— Но я думаю, что через полгода рановато. Мой изначальный прогноз — от болезни должно пройти месяцев девять.

— Можно ли просчитать свой личный риск? Например, сделать тест на нейтрализующие антитела?

— Можно. Но такие анализы мало где доступны, их нет в сетевых лабораториях. Те, которые массово применяются, могут дать представление об истинной картине лишь косвенно. Как вариант — можно сдать два теста, на антитела к S-белку и к RBD- белку. Если оба теста покажут высокую разницу с референтным значением, раз в 5-6 выше нормы, можно подождать. В 2-3 раза выше нормы — это мало. То же самое после вакцинации. Если через шесть месяцев еще высокие антитела — можете спокойно еще на пару месяцев отложить ревакцинацию. Хотя в ряде случаев, с учетом административных решений, например, если вновь всьанеь вопрос о QR-кодах, оттянуть будет сложно. 

— С высокими антителами можно вакцинироваться? Это не может в теории вызвать АЗУИ?

— Да, можно. АЗУИ возникает в обратной ситуации — когда слабые антитела. А если вы вакцинируетесь при высоком уровне антител, получите мощный иммунный ответ. После ряда вакцин описаны побочные эффекты в виде, например, тромбозов. Обычно это очень редкая история, но вот после COVID такие эффекты развиваются куда чаще. Сфокусированные вакцины следующего поколения будут давать гораздо меньше таких эффектов, или вообще не давать их.

— Может ли сложиться ситуация, что нас ждет вакцинация каждые полгода в течение всей жизни?

— Нет, не может. Такое может быть только во время пандемии. А она вечно существовать не будет. Это так не работает. Если сделать все правильно, то к лету следующего года все преимущественно закончится, и будет необходимо только контролировать внешние границы, чтобы не завозить вирус из стран, где нет вакцинации и где COVID продолжит пылать. Если сохранить нынешние темпы вакцинации и ревакнцинации, нам понадобится месяцев 7-8. К марту будет четко видно, будут ли вспышки. Но, к несчастью, при низких темпах вакцинации вирус успевает адаптироваться к вакцинам. И это тоже проблема.

Источник: www.mk.ru

Присоединяйтесь к нам в Google News, чтобы быть в курсе последних новостей
Love
Haha
Wow
Sad
Angry
Вы отреагировали на "Иммунолог рассказал, чем грозит россиянам посто..." Только что