Недостаток рабочей силы в некоторых отраслях во многом является искусственным, полагают эксперты. Они также предсказывают стабилизацию потребности в кадрах в текущем году.
По мнению доцента кафедры стратегического и инновационного развития Финансового университета при правительстве РФ Михаила Хачатуряна, ключевым фактором для решения проблемы нехватки кадров должно стать ускорение цифровизации и роботизации.
Он считает, что этот процесс идет довольно быстрыми темпами, но, очевидно, что достичь необходимого уровня, который, например, позволит сократить рабочую неделю, удастся не ранее конца 2030-х — начала 2040-х годов.
Мария Коледа, руководитель информационного отдела независимого профсоюза «Новый труд», убеждена, что дефицит кадров сегодня проявляется на двух уровнях. Первый уровень — это нехватка квалифицированных специалистов, таких как инженеры, технологи и профессионалы с профильным образованием. Это стало следствием демографических изменений, устаревших образовательных программ и неконкурентных условий труда на большинстве таких позиций. В результате только около половины студентов инженерных специальностей работают по своей профессии. Данные Росстата на 2025 год подтверждают это: с учетом всех людей с инженерным образованием, включая тех, кто сменил профессию, примерно 55% выпускников технических вузов не трудоустроены по специальности.
"Этот структурный дефицит невозможно преодолеть быстрыми мерами. Второй уровень — это дефицит в неквалифицированных и малоквалифицированных секторах: таких как розничная торговля, логистика и простой сервис. Здесь наблюдается очевидный парадокс: рабочие места формально существуют, но они системно непривлекательны для соискателей. Невысокая оплата труда, отсутствие социальных гарантий, нестабильные графики и правовая незащищенность отпугивают даже молодежь", — отмечает эксперт.
В таких условиях для заполнения вакансий на непрестижных и низкооплачиваемых должностях используются две основные группы. Во-первых, это работники из других регионов и стран, для которых предлагаемые условия зачастую оказываются лучше, чем на Родине. Во-вторых, это самозанятые и работники платформенной экономики — фрилансеры, курьеры, водители такси. Более 20 миллионов человек в России так или иначе вовлечены в эту сферу, формируя "гибкую рабочую силу". Их массовое использование позволяет бизнесу закрывать дефицитные вакансии, не изменяя устоявшиеся десятилетиями подходы к организации труда.
"Таким образом, дефицит кадров в малоквалифицированных секторах во многом является искусственным. Он создан бизнес-моделями, построенными на экономии за счет человека. Быстро обучить подростка работать кассиром или администратором — возможно. Однако возникает вопрос: зачем ему выбирать такую работу с оплатой в 30-50 тысяч рублей, но без стабильного графика и гарантий, если он может заработать сопоставимую сумму, обладая большей свободой, будучи курьером или выполняя микрозаказы на фриланс-биржах?" — отмечает Коледа.
Основная проблема заключается в том, что и на этих платформах работника часто ждет правовая неопределенность. Дефицит не будет преодолен, пока не изменится сама модель, основанная на идее дешевого труда.
"Для решения кризиса необходима комплексная работа, включающая легализацию и защиту прав платформенно занятых работников через страхование от несчастных случаев и создание механизмов разрешения споров с платформами. Не менее важно повышение привлекательности дефицитных профессий, что подразумевает не только рост заработной платы, но и обеспечение стабильного графика, возможностей для карьерного роста, уважительного отношения и полного социального пакета. Без этих изменений трудовая миграция и "гиг-экономика" останутся лишь временными мерами, прикрывающими системные проблемы", — добавляет эксперт.
По мнению председателя думского Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослава Нилова, кадровая проблема постепенно будет становиться менее острой, в том числе за счет привлечения и переобучения работников старшего возраста.