Конфликт, бушующий между США и Ираном, может оказаться выгодным для нашей страны и способствовать укреплению России, отмечает Politico. Аналитики американского издания выделяют два сильных аспекта, которые могут помочь Москве: резкий рост мировых цен на нефть и повышенный интерес к отечественному сырью со стороны Китая и Индии. Тем не менее, с начала марта рубль существенно ослабил свои позиции по отношению к иностранным валютам, а эксперты предсказывают удорожание импорта. Как именно противостояние США и Ирана отразится на экономике России и жизни граждан, «МК» объяснил экономист Александр Разуваев.
«Рубль действительно ослабил свои позиции»
— Есть ли исторические параллели с тем, что происходит в нашей стране сегодня?
— Определенные аналогии можно провести с началом 2000-х. Тогда рейтинг России от международного агентства Moody's вырос, что сделало привлечение иностранных инвестиций более доступным. Фондовый рынок начал расти, а нефть торговалась на приемлемых уровнях. Самое главное, с 2003 года уровень жизни россиян впервые после распада СССР стал сопоставим с жизненным уровнем советских граждан. Напоминаю, что, согласно правительственным данным, в 2003 году реальные доходы граждан увеличились на 14%, а средняя зарплата — на 24%. В то же время произошло и заметное укрепление рубля: по итогам 2003 года он укрепился на 5% по отношению к корзине валют, а к доллару — сразу на 20%. Поэтому я вспоминаю то время с теплотой.
— В отношении курса рубля, кажется, есть заметные отличия. Есть ли они и в других сферах?
— Безусловно. Сегодня мир стал более сложным. Логистические цепочки нарушены из-за геополитической напряжённости на Ближнем Востоке. Глобальный рост цен на товары увеличивает стоимость импорта и для нас. Однако есть и положительный момент: при высокой цене на нефть мы можем зарабатывать больше, даже несмотря на ослабление рубля. Наш рубль действительно ослабил свои позиции: с начала марта он подешевел к юаню более чем на 9,5%, а к доллару — примерно на 8%.
— Какова причина этого?
— Официальные объяснения включают несколько факторов: Минфин приостановил валютные интервенции в рамках бюджетного правила, рынок ожидает снижения ключевой ставки ЦБ РФ, а также растёт сезонный спрос на импорт в связи с началом активной фазы делового сезона. Но мне кажется, что этих факторов недостаточно для столь резкого изменения.
— Есть ли другие версии?
— Могу поделиться «конспирологической» теорией: в прошлом году, когда рубль укреплялся вопреки санкциям и низким ценам на нефть, ходили слухи о притоке капитала, связанном с окружением президента США Дональда Трампа. Фонды, ассоциированные с ним и его семьей, через Эмираты, Турцию или Азербайджан по механизмам исламского банкинга заходили в российские ОФЗ, которые тогда обеспечивали доходность выше как мировой, так и внутренней инфляции. Возможно, сейчас эти средства выводятся, что и оказывает давление на рубль. Подчеркну, что это лишь гипотеза, но она объясняет динамику лучше, чем только фундаментальные факторы.
— Что можно сказать о российском бюджете?
— Напоминаю: в начале года самым обсуждаемым словом было «секвестр» — все планировали сокращать расходы бюджетов на всех уровнях, от федерального до самых малых муниципалитетов. Но затем президент США Дональд Трамп начинает военные действия против Ирана. Геополитическая повестка резко меняется, возникает волатильность на энергетических рынках, и фокус тут же смещается. Теперь никто не хочет особо обращать внимание на санкции, и российский бюджет готовится получать сверхприбыли.
«Российская нефть перестала быть запретной»
— Так конфликт на Ближнем Востоке — это риск или возможность для российской экономики?
— Если рассматривать исключительно экономическую сторону, исключая геополитику и военные аспекты, то сегодня Россия получает значительную выгоду от противостояния США и Ирана. Рынок энергоносителей реагирует быстро: на этой неделе цена на нефть кратковременно поднималась выше $119 за баррель после удара Ирана по нефтеперерабатывающему заводу в Янбу — главном саудовском порту на Красном море. В целом с начала месяца средняя цена барреля колебалась вокруг отметки $100 — это фактически в полтора-два раза выше показателей до эскалации.
— Но российскую нефть под санкциями еще нужно продать…
— Конечно, однако парадокс в том, что ради предотвращения глобального энергетического кризиса Вашингтону пришлось временно ослабить давление. Санкции против российской нефти де-факто приостановлены — как для Индии, которая до конфликта на Ближнем Востоке сокращала закупки, так и для других стран.
Китай, который и не прекращал покупать наше сырьё, теперь наращивает импорт: только за первую неделю марта закупки выросли с 10,3 до 12,4 млн баррелей. Также к нам потянулись другие покупатели: Таиланд, Шри-Ланка, даже Япония. У Токио ситуация критическая: через Ормузский пролив шло около 90% их нефтяного импорта. Когда традиционные маршруты под угрозой, страны ищут альтернативы, и российская нефть становится одним из немногих доступных вариантов.
— Это как-то сказывается на цене российского сорта Urals?
— Очень заметно. Ещё недавно дисконт Urals к Brent достигал рекордных $30 за баррель — это была плата за санкционные риски. Но в марте скидка начала стремительно сокращаться: сначала вдвое, а к середине месяца — до $11–12. Когда столько стран готовы покупать нашу нефть «с руками и ногами», она перестаёт быть «запретной» и возвращается в легальное поле.
— Можно ли оценить эту выгоду в цифрах?
— Конечно, аналитики уже провели такие расчёты. Экспорт России — около 217 млн баррелей в месяц. Рост цены Urals всего на $10 приносит казне примерно $2,2 млрд дополнительных доходов ежемесячно. Если же цена вырастет на $30 — речь уже идёт о $6,6 млрд. Это значительные средства для бюджета.
— А как обстоят дела с другими ресурсами?
— Всё растёт. Например, высококалорийный российский уголь: за неделю к 16 марта он подорожал на 13,6%, до $96,7 за тонну — максимум с декабря 2024 года. Кроме того, из-за проблем с судоходством в Ормузском проливе возрос интерес к Северному морскому пути как альтернативному маршруту поставок.
— Звучит оптимистично. Но не кажется ли вам циничным говорить о выгоде, когда в ближневосточном регионе идут боевые действия, взрываются порты и заводы, гибнут люди?
— Я намеренно сосредотачиваюсь только на экономическом аспекте, чтобы избежать путаницы. Разумеется, глобальная выгода для нашей страны не ограничивается сиюминутными интересами в международной торговле. Но именно стремление к объективности заставляет признать: в экономическом плане Россия сейчас выигрывает от сложившейся ситуации. Игнорировать это — значит не замечать факты.
В мире больших денег и политики нет понятий «хорошо» или «плохо». Всё гораздо проще: что выгодно, то и хорошо. Исторические процессы почти всегда движутся в рамках диалектики: если одной стороне трудно, другая часто получает преимущества — не обязательно намеренно, просто так складываются обстоятельства. В данный момент выигрывают не только Россия, но и все страны-поставщики ресурсов, не относящиеся к Ближнему Востоку — Бразилия, Канада, Казахстан. Просто мы говорим только об экономике нашего государства.
— Каков итоговый прогноз для неё?
— У меня он умеренно оптимистичный. Да, есть трудности, внешние вызовы, неопределённость. Но текущая ситуация предоставляет нам пространство для манёвра. Главное — использовать его разумно.
— Как происходящие глобальные процессы отражаются на жизни обычных россиян?
— Им пока не о чем беспокоиться. Ситуация для сбережений остаётся благоприятной. Да, ключевая ставка снижается, и доходность депозитов постепенно уменьшается. Но средняя ставка по трехмесячному вкладу в топ-20 крупнейших банков страны к 10 марта, по данным платформы «Финуслуги», составила 13,99%, по полугодовому депозиту — 13,77%, по вкладу на год — 12,7%, по трехлетнему — 10,61%. А инфляция к 16 марта, согласно данным Минэкономразвития, составила 5,8%. Таким образом, трехмесячные вклады в России всё ещё приносят прибыль в два раза выше инфляции. В целом у коротких депозитов вполне реальная доходность, и это хороший инструмент для сохранения средств наших граждан.
— Что посоветуете гражданам?
— Не поддаваться панике. Диверсифицировать сбережения: часть хранить во вкладах, часть — в валюте (особенно для тех, кто планирует поездки за границу и покупки импортных товаров), что-то — возможно, и в золоте или в серебре, так как оба металла значительно подорожали за последний год. Также рекомендую следить за новостями, но не реагировать на каждую заголовок, и помнить: экономика — это марафон, а не спринт.