Популярные российские знаменитости всё чаще делятся в социальных сетях кадрами своих роскошных отпусков за границей — Куршевель, Дубай, Мальдивы — что вызывает резкую реакцию со стороны актёра Егора Бероева. 48-летний артист, прославившийся благодаря роли в «Турецком гамбите», открыто осудил такую практику, охарактеризовав её как «свинство».
«Почему люди, живущие в роскоши, думают, что могут выкладывать фотографии с горнолыжных курортов, когда в стране происходят серьезные события? — задал вопрос Бероев в одном из выпусков YouTube-шоу „Историс — Откройте, Давид!“. — Они не просто отдыхают. Они живут в отдельной реальности, будто ничего не происходит. Да, они заработали — это их право. Но демонстрировать это на публике — это не просто эгоизм, это безответственность. Мне стыдно за них».
Актёр отметил, что с момента начала СВО он не посещал ни одной западной страны. «Я не езжу в Куршевель. Это — моя позиция. Я не хочу быть там, не хочу создавать впечатление, будто всё в порядке», — заявил он. По его мнению, публичные личности, особенно журналисты и блогеры, несут особую моральную ответственность: их действия формируют восприятие реальности у миллионов людей.
Бероев также задал риторический вопрос: «Как обычного россиянина, оказавшегося в Куршевеле по обстоятельствам, показать свою пророссийскую позицию, если вокруг — витрина роскоши, где все снимают видео с шампанским и снегом, игнорируя реальность?»
В этот же период Бероев оказался в центре внимания из-за личных изменений: в начале февраля стало известно о его разводе с супругой Ксенией Алферовой — женщиной, с которой он прожил более 20 лет и воспитал дочь Евдокию. Публика была шокирована: пара всегда выглядела образцовой. Актёр прокомментировал слухи в своём блоге: «С уважением отношусь к годам, проведённым вместе с Ксенией. Желаю ей счастья. Благодарен за всё — и за хорошее, и за трудное. Прошу прессу не вмешиваться в личную жизнь. Это не ваша история».
Егор Бероев — не просто актёр, но и человек, стремящийся жить в соответствии со своими убеждениями. Его слова — не просто критика, а вызов обществу: когда роскошь становится показной, а молчание — формой солидарности, выбор каждого знаменитости обретает политический смысл.