История эта началась с наследства. Умерла мать Олега и Валеры, оставила сыновьям дачу в пятнадцати километрах от города. Домик старый, но крепкий, участок ухоженный, малина, смородина, яблони. Мать души не чаяла в этой земле, каждую весну сама копала, сажала, поливала. Говорила: «Сыновьям оставлю, внуков растить будут». Похоронили, поминки справили, разъехались. А через неделю Олег с женой Ириной собрались на дачу — шашлыки пожарить, воздухом подышать, может, грядки в порядок привести. Приехали, а на воротах новый замок, чужой. Олег соседу позвонил, тот и рассказал: Валера с Зиной в прошлые выходные были, вещи свои привезли, сказали, что теперь это их владения. Олег, человек рассудительный, сначала не поверил. Позвонил брату. — Валер, ты чего замки поменял? Мы приехали, а войти не можем. — А чего вам входить? — голос у брата напористый, даже грубый. — Дача теперь моя. Я старший, дом всегда старшему достаётся. — Какая разница, кто старший? Мама нам её двоим завещала. — Ты это юристам раИстория эта началась с наследства. Умерла мать Олега и Валеры, оставила сыновьям дачу в пятнадцати километрах от города. Домик старый, но крепкий, участок ухоженный, малина, смородина, яблони. Мать души не чаяла в этой земле, каждую весну сама копала, сажала, поливала. Говорила: «Сыновьям оставлю, внуков растить будут». Похоронили, поминки справили, разъехались. А через неделю Олег с женой Ириной собрались на дачу — шашлыки пожарить, воздухом подышать, может, грядки в порядок привести. Приехали, а на воротах новый замок, чужой. Олег соседу позвонил, тот и рассказал: Валера с Зиной в прошлые выходные были, вещи свои привезли, сказали, что теперь это их владения. Олег, человек рассудительный, сначала не поверил. Позвонил брату. — Валер, ты чего замки поменял? Мы приехали, а войти не можем. — А чего вам входить? — голос у брата напористый, даже грубый. — Дача теперь моя. Я старший, дом всегда старшему достаётся. — Какая разница, кто старший? Мама нам её двоим завещала. — Ты это юристам ра…Читать далее
История эта началась с наследства. Умерла мать Олега и Валеры, оставила сыновьям дачу в пятнадцати километрах от города. Домик старый, но крепкий, участок ухоженный, малина, смородина, яблони. Мать души не чаяла в этой земле, каждую весну сама копала, сажала, поливала. Говорила: «Сыновьям оставлю, внуков растить будут».
Похоронили, поминки справили, разъехались. А через неделю Олег с женой Ириной собрались на дачу — шашлыки пожарить, воздухом подышать, может, грядки в порядок привести. Приехали, а на воротах новый замок, чужой. Олег соседу позвонил, тот и рассказал: Валера с Зиной в прошлые выходные были, вещи свои привезли, сказали, что теперь это их владения.
Олег, человек рассудительный, сначала не поверил. Позвонил брату.
— Валер, ты чего замки поменял? Мы приехали, а войти не можем.
— А чего вам входить? — голос у брата напористый, даже грубый. — Дача теперь моя. Я старший, дом всегда старшему достаётся.
— Какая разница, кто старший? Мама нам её двоим завещала.
— Ты это юристам расскажешь. А я по-простому: не пущу. Даже когда бумаги у тебя будут. Иди лесом.
Олег ещё пытался говорить про справедливость, про мамину память, про то, что можно договориться. Валера слушал, потом бросил трубку.
Олег в расстройствах всё рассказал жене. Ирина тогда работала в городском дорожном агентстве, занималась документами, знала цену бумагам и срокам. Она сразу сказала мужу:
— Надо оформлять наследство официально. Через нотариуса. Подавать на раздел.
— Не могу я на брата в суд подавать, — ответил Олег. — Это же не чужой человек.
— А кто? — спросила Ирина. — Свои так не поступают.
Но Олег упёрся. Он надеялся, что брат одумается, что Зина, жена его, повлияет, что совесть проснётся. Он даже предлагал Валере купить его половину, чтобы всё почестному было. Но тот только отморозился, сказав, что сейчас нет денег. Может, когда-нибудь потом.
Потом не наступало. Месяц, другой, третий. Валера с Зиной обживались на даче как на своей. И чем дальше, тем тяжелее становилось у Олега на душе. Он не пил, не скандалил, просто медленно угасал. Ирина пыталась разговаривать — он отмалчивался. Однажды она застала его над старым альбомом с фотографиями. Он перелистывал страницы и плакал. Молча, по-мужски сдерживаясь как мог.
— Он же брат. Мы в одной комнате росли. А он меня — вон.
А через месяц на работе у Ирины случилось событие. Пришёл документ, закрытый, для служебного пользования. Схема новой трассы, которую через два года начнут строить в объезд города. Ирина глянула на карту и замерла. Линия проходила аккурат через их СНТ. Через дачу, которую оккупировал Валера. Все постройки подлежали сносу, а земля — изъятию для государственных нужд. Был еще один пункт, который очень понравился Ире.
— Теперь мне вас не жалко, — сказала она и хитро улыбнулась.
Ирина пришла домой, села напротив мужа и спросила:
— Ты у брата до сих пор хочешь половину дачи купить?
Олег пожал плечами:
— Да. Он не хочет. — Зачем ему продавать свою половину, если он там живёт?
— А если он не знает того, что знаю я?
Она рассказала. Олег слушал, и лицо его постепенно менялось.
— Ты хочешь их обмануть?
— Нет! Я просто хочу вернуть наше с моральным ущербом, — ответила Ирина. Они выбрали жадность — пусть платят за этот выбор.
На следующий день они поехали на дачу. Валера возился в огороде, Зина вышла на крыльцо, руки в боки.
— Чего приехали?
— Разговор есть, — сказала Ирина спокойно. — Деловой.
— Какие у нас с вами дела?
— Купить хотим дачу. Точнее вашу половину.
Зина усмехнулась, переглянулась с мужем.
— Мы уже это обсуждали? Она не продаётся!
— Зина, ты ещё помнишь, где я работаю? — Ирина понизила голос. — Я узнала, что через два года тут трассу новую тянуть будут. Все дачи посносят. Компенсацию дадут, но мизерную, по остаточной. А мы хотим эти два последних года здесь провести, пока можно. Вам что? Деньги получите по рыночной цене, и никаких забот.
Валера задумался. Зина молчала, но глаза её бегали, прикидывали, считали.
— Почем купите, если продавать будем? — спросила она.
Ирина назвала цену. Чуть ниже рынка, но достаточную, чтобы у брата с женой не возникло сомнений.
— Надо подумать, проверить ваши слухи — сказал Валера.
— Это уже не слухи. Завтра вывесят официальную информацию о строительстве трассы, и её уже не продашь за эти деньги. Мы через пять дней уезжаем на юг, на три недели. Вернёмся — или договоримся, или забудем. Найдём другую дачу.
А через два дня Валера позвонил сам.
— Приезжайте, оформляем.
К тому времени братья уже вступили в наследство. Оформили сделку купли-продажи. Валера с Зиной получили деньги, пересчитали, спрятали. И даже хитро улыбались, глядя, как Олег с Ириной забирают ключи.
— Наслаждайтесь отдыхом, — сказала Зина на прощание.
— Спасибо, — ответила Ирина. — Обязательно.
Трассу утвердили, границы отчуждения обозначили. Дача Олега и Ирины попадала ровно в середину зоны строительства. Компенсация полагалась приличная, в три раза больше рыночной стоимости. Это и был тот пункт, который они решили утаить. Олег пришёл домой, положил перед женой деньги и сказал:
— Квартиру купим. Трёшку, в новом доме, с окнами во двор.
Валера с Зиной узнали обо всём случайно, от счастливого соседа по СНТ. Примчались, влетели в квартиру без звонка.
— Вы всё знали! — закричала Зина с порога. — Знали про компенсацию и специально нас надули!
Ирина стояла у окна, сложив руки.
— Знали, — сказала она. — А вы нет. Вы вообще ничего знать не хотели, кроме того, что дача ваша. Мы предлагали по-человечески поступить. Вы послали. Мы предложили купить — вы согласились добровольно. Деньги взяли. Какие претензии?
— Это подло! Это обман! — Валера сжал кулаки, шагнул вперёд.
— Обман? — переспросила Ирина. — Обмана не было. Вы получили то, что хотели, — обговоренную сумму сразу. Просто получили мало, а могли бы много. Так бывает.
— Ты… — начал Валера.
— Я, — перебила Ирина. — Как вы нас тогда, так и мы вас. Кармический привет.
Олег подошёл к жене, закрыв её собой, и сжал кулаки. В его глазах уже не было той пустоты, что раньше.
Зина поняла, что запахло жареным и здесь им больше ничего не перепадёт. Она развернулась и вышла из квартиры. Муж стыдливо последовал за ней. Они ушли, хлопнув дверью.
А через полгода Олег с женой сидели в новой трёхкомнатной квартире, пили чай, смотрели в большие окна на зелёный двор. Ира спросила у Олега:
— Как дела, с братом?
Он пожал плечами:
— Никак. Он для меня умер. В тот день, когда замок поменял.
Ирина положила руку ему на плечо:
— Зато мы друг у друга есть. И квартира. И справедливость восстановлена.
Олег тогда подумал: справедливость — она разная бывает. Иногда она приходит с документом из дорожного агентства, иногда с чем-то другим. Но главное, наверное, не в этом. Главное — чтобы рядом оказался человек, который в тебя верит. И готов бороться за правду. Даже если бороться придётся с хитростью и холодной головой.
Ваш лайк — лучшая награда для меня. Читайте новый рассказ — Свекровь обманула меня с квартирой и думала, что ей это сойдёт с рук.