Дача досталась им от родителей Ксении. Небольшой, но крепкий бревенчатый дом на опушке соснового бора, с верандой, камином и старым яблоневым садом. Ремонтировали они его несколько лет, вкладывая душу и немалые деньги. Утеплили, провели нормальное отопление, чтобы можно было жить и зимой. Ксения мечтала об этом: встречать Новый год не в душной городской квартире под шум телевизора, а в заснеженной тишине, при свете камина и ёлки, привезённой прямо из леса. Каждый год она заводила разговор об этом, и каждый год Игорь находил причину отказаться. В этот раз она была настроена решительно. За неделю до праздников объявила: —Всё, Игорь. Отмазки не принимаются. Едем. Он помрачнел, стал что-то бормотать про дела, возможные авралы на работе. А вечером, смотря куда-то в сторону, сказал: —К сожалению, не получится. Сосед только что позвонил. У нас трубы лопнули. Отопление вышло из строя. В доме сейчас ледяной холод. Ксения замерла. Это ей показалось странным. Во-первых, сосед, пенсионер Василий ПДача досталась им от родителей Ксении. Небольшой, но крепкий бревенчатый дом на опушке соснового бора, с верандой, камином и старым яблоневым садом. Ремонтировали они его несколько лет, вкладывая душу и немалые деньги. Утеплили, провели нормальное отопление, чтобы можно было жить и зимой. Ксения мечтала об этом: встречать Новый год не в душной городской квартире под шум телевизора, а в заснеженной тишине, при свете камина и ёлки, привезённой прямо из леса. Каждый год она заводила разговор об этом, и каждый год Игорь находил причину отказаться. В этот раз она была настроена решительно. За неделю до праздников объявила: —Всё, Игорь. Отмазки не принимаются. Едем. Он помрачнел, стал что-то бормотать про дела, возможные авралы на работе. А вечером, смотря куда-то в сторону, сказал: —К сожалению, не получится. Сосед только что позвонил. У нас трубы лопнули. Отопление вышло из строя. В доме сейчас ледяной холод. Ксения замерла. Это ей показалось странным. Во-первых, сосед, пенсионер Василий П…Читать далее
Дача досталась им от родителей Ксении. Небольшой, но крепкий бревенчатый дом на опушке соснового бора, с верандой, камином и старым яблоневым садом. Ремонтировали они его несколько лет, вкладывая душу и немалые деньги. Утеплили, провели нормальное отопление, чтобы можно было жить и зимой. Ксения мечтала об этом: встречать Новый год не в душной городской квартире под шум телевизора, а в заснеженной тишине, при свете камина и ёлки, привезённой прямо из леса.
Каждый год она заводила разговор об этом, и каждый год Игорь находил причину отказаться. В этот раз она была настроена решительно. За неделю до праздников объявила:
—Всё, Игорь. Отмазки не принимаются. Едем.
Он помрачнел, стал что-то бормотать про дела, возможные авралы на работе. А вечером, смотря куда-то в сторону, сказал:
—К сожалению, не получится. Сосед только что позвонил. У нас трубы лопнули. Отопление вышло из строя. В доме сейчас ледяной холод.
Ксения замерла. Это ей показалось странным. Во-первых, сосед, пенсионер Василий Петрович, обычно звонил ей, а не Игорю. Они больше общались, он ей доверял поливать цветы летом. А зимой она ему оставляла ключи от дома. Во-вторых, трубы были новые, проложенные по всем правилам, и морозов сильных ещё не было.
—Трубы? — переспросила она. — Какие именно? Где точно? Василий Петрович сказал?
—Ну, где-то… в бойлерной. Лёд везде. Нужен ремонт. Так что мечты о камине, увы, откладываем.
Он засмеялся неестественно, встал и быстро ушёл на кухню, будто боясь дальнейших вопросов. Ксения ничего не сказала. Но внутри что-то ёкнуло и насторожилось. Она позвонила Василию Петровичу. Тот ответил не сразу.
—А, Ксюша! Трубы? Да нет, дорогая, у тебя всё в порядке. Я вчера мимо ходил — дымок из трубы идёт, значит, твой автоматический котёл работает.
Машин только у дома много — гостей, наверное, принимаете?
—Каких гостей? — ледяным голосом спросила Ксения.
—Не знаю… То иномарки, то микроавтобусы. Я думал, вы сдаёте. Народ весёлый, с шашлыками, с музыкой. Шумят, конечно, но Новый год всё-таки, всем веселье хочется.
Ксения поблагодарила и положила трубку. Руки были ледяные. Она зашла на популярный сайт аренды недвижимости, и ввела название их СНТ. Сделала пару движений колесиком мышки и нашла. Свой дом. Свою веранду, свой камин, зажжённый для фото. Заголовок: «Элитный сруб для VIP-отдыха в новогодние праздники. Уединение, камин, баня, всё для комфорта». Цены за сутки были такими, что у неё перехватило дыхание. Контактное лицо — Стас. Брат Игоря.
Весь вечер она молчала. Игорь нервничал, без толку переключал каналы телевизора. Наконец, не выдержав, он сам заговорил.
—Ксюша, не смотри на меня так. Ладно. Трубы не лопнули.
—Я знаю.
—Стасу… очень нужны были деньги. Он полгода без работы, кредиты, ребёнок маленький. Он попросил… одолжить дом на праздники. Сказал, что пара друзей отдохнёт, заплатят ему немного. Мы всё равно зимой там не бываем. Я не смог отказать. Он же брат. Ты понимаешь?
—Я понимаю, — тихо сказала Ксения. — Что ты солгал мне. Что отдал ключи от нашего общего дома, в который мы вложили столько сил, посторонним людям. И что назвал это «одолжить». А сколько он заплатил тебе за это «одолжение»?
—Какие деньги? Ты что! Я просто помог брату! Он получит какие-то деньги с этих людей, ну, тысяч тридцать, наверное, и всё. Ему эти деньги очень нужны!
Ксения молча открыла ноутбук, развернула его к Игорю, ткнула пальцем в экран с объявлением.
—«Тридцать тысяч»? Смотри, твой брат, Стас, сдаёт НАШ дом за шестьдесят пять тысяч в сутки. Минимальный заказ — трое суток. У него уже отмечены как занятые все дни с двадцать восьмого декабря по десятое января. Посчитай сам, какой «небольшой» доход он с помощью тебя собирается получить. И где твои тридцать тысяч, Игорь?
Лицо Игоря стало бледным. Он смотрел на цифры, ища в них подвох, оправдание.
—Не может быть… Он же сказал… Может, это не он…
—Номер телефона его, фотографии наши. Всё наше. И трубы, кстати, в полном порядке. Гости принимаются.
Она закрыла ноутбук и вышла из комнаты. Дальше разговор был бессмыслен. Он уже не был разговором между мужем и женой. Это была констатация факта предательства. Мелкого, корыстного и бесконечно глупого.
Два дня она готовилась. Собирала информацию, фиксировала факты, консультировалась со знакомым юристом. Для того, чтобы иметь железные аргументы.
Тридцатого декабря, под вечер, она села в свою машину и поехала на дачу. Без Игоря. Он что-то бормотал, пытался удержать, но она его не слушала. У калитки их участка действительно стоял новенький микроавтобус, а из окон дома лился свет и громкая музыка.
Ксения припарковалась так, чтобы перекрыть выезд, взяла сумку и телефон. Включила запись видео. Подошла к двери и постучала. Дверь открыл улыбающийся мужчина в новогодней шапке.
—А вы кто? Всё уже оплачено до третьего!
—Я настоящая хозяйка, — отрезала Ксения и, не дожидаясь реакции, шагнула внутрь.
В доме было человек десять. Веселье в разгаре. На её любимом диване сидели незнакомые люди, на полу — пятно от красного вина. В камине горели не берёзовые поленья, а какие-то доски, вероятно, от старого забора. На кухонном столе горой лежали пластиковые тарелки и банки из-под пива.
—А это кто? — раздался голос. Из гостиной вышел Стас. Увидев Ксению, он застыл с бокалом в руке. — Ксюх… Что ты тут делаешь?
—Осматриваю своё имущество, — громко и чётко сказала она, медленно пронося телефон перед собой. — Фиксирую ущерб. Вы все здесь находитесь незаконно. Дом сдан в аренду без моего ведома и согласия. Предъявляю вам требование немедленно покинуть помещение.
В доме воцарилась тишина, нарушаемая только треском досок в камине.
—Ты что, обалдела? — зашипел Стас, пытаясь заслонить камеру. — Игорь всё разрешил! Мы договорились!
—Игорь — не собственник. Дача оформлена на меня. Вы имеете тридцать минут, чтобы собрать вещи и уехать. Иначе я вызываю полицию. И тогда это будет уже не просто выселение. Будут вопросы по незаконной предпринимательской деятельности. И проникновению в частный дом.
Гости засуетились. Стас, багровея, пытался что-то кричать, но его уже не слушали — люди, приехавшие на праздник, не хотели связываться с полицией. Непутёвому предпринимателю пришлось вернуть все деньги. Через двадцать пять минут микроавтобус, набитый недовольными и грустными людьми, уехал, чертя по снегу колёсами. Стас остался, пытаясь что-то доказать. Ксения игнорировала его, продолжая снимать на видео каждую царапину на полу, каждое пятно, сломанную ветку яблони, которую использовали для фиксации входной двери.
На следующий день она вызвала Стаса домой. За столом разложила папку с документами. Два мужчины сидели напротив, как провинившиеся школьники. Только Стас смотрел с наглой злобой, а Игорь — в пол, избегая взгляда жены.
—Вот мои требования, — начала Ксения без предисловий. — Разделены на две части. Первая — к тебе, Стас. Оценочная стоимость ущерба имуществу, который я зафиксировала. Стоимость профессиональной химчистки ковров и уборки всего дома. Итог — вот эта цифра.
Она подвинула листок к краю стола. Стас взглянул и фыркнул.
—С ума сошла! Я тебе ничего не должен! Это дом Игоря тоже! Мы договорились!
—Дом наш с Игорем. И ты не «должен». Ты присвоил наш дом и извлёк из него доход. Это называется самовольное занятие и незаконное обогащение. У меня есть все доказательства: видео, скриншоты твоего объявления, показания соседей. Я проконсультировалась. Или ты платишь эту сумму в течение трёх дней, или я подаю заявление. И дело будет не административное, а уголовное, по статье о незаконном проникновении. Подумай.
Она перевела взгляд на Игоря.
—А тебе, Игорь, выбор. Либо ты забираешь у брата ВСЕ ключи, которые ты ему передал. Либо мы с тобой подаём на развод. И эта дача, и квартира в городе станут предметом раздела. Судебные издержки, оценка, время — всё это будет. И знай, в суде я предъявлю твои действия как злоупотребление доверием и растрату общего имущества. С такими аргументами раздел будет не в твою пользу. Решайте.
Она откинулась на спинку стула и замолчала, глядя в окно. Во дворе падал мягкий снег, покрывая следы от машин. В квартире было тихо, только слышно, как часы гулко отсчитывали секунды.
Стас первый не выдержал. Он забормотал, что денег таких у него нет, что это грабёж. Но в его голосе уже не было уверенности, был страх. Страх перед законом, перед конкретными цифрами и статьями.
Игорь поднял голову. Он посмотрел на брата — на этого вечного «несчастного», который всегда умел найти лазейку за чужой счёт. Потом посмотрел на жену — на ту, которая строила этот дом, выбирала обои для спальни, сажала кусты сирени у забора. И впервые за много лет, может быть, впервые вообще, он увидел не свою покорную супругу, а хозяйку. Хозяйку своей жизни и своего имущества. Он медленно протянул руку к Стасу.
—Ключи. Все, что есть. И расписка на сумму, которую ты должен Ксении. Я буду поручителем. Будешь отдавать ей, а не мне. Каждую копейку.
Стас что-то хотел крикнуть, но увидел в глазах брата не просителя, а приказ. Он мрачно полез в карман.
Ксения не чувствовала победы. Она чувствовала усталость и пустоту. Но в этой пустоте промелькнула нотка радости. Границы были восстановлены. Иногда дом нужно защищать не только от чужих, но и от родственных рук, которые слишком жадно тянутся к чужому очагу.
Ваш лайк — лучшая награда для меня. Читайте новый рассказ — Сестра мужа хорошо устроилась в нашей общей квартире, доставшейся по наследству.